Записи с меткой «Кризис в США»

Триллион долларов и миллиард улыбок

01.11.2009

Не ралли как следствие «зеленых ростков», а «зеленые ростки» ради ралли

В условиях нынешнего кризиса власти США проводят политику, которую можно охарактеризовать как политику «Триллиона долларов и миллиарда улыбок».

Следуя заветам старины Кейнса, который давал их почти 80 лет назад, – давал их принципиально отличной от нынешней американской экономике, – США замещают выпадающий вследствие снижения доходов и поведенческой парадигмы частный потребительский спрос квазичастным. И по тысяче раз в день одаривают потребителя надеждой на скорый выход из кризиса.

Таким образом, американцы снова потребляют на несколько процентов ВВП больше, чем то, что экономически обоснованно в условиях кризиса. Но если раньше накапливался прямой частный долг населения США перед финансовой системой, то теперь его накопление замещено накоплением государственного долга – все перед той же финансовой системой.

Поскольку основным налогоплательщиком в США является население, – то, по сути, ему в будущем и придется погашать этот новый госдолг. Впрочем, процентная ставка ниже и сроки погашения принципиально иные. Но в целом – налицо сугубо психологический стимул к потреблению. Ведь долг на американцах все равно копится, только опосредованно, через госбюджет. Причем равномерно – как на тех, кто серьезно урезал личное потребление, так и на тех, кто такового не сделал. Что не слишком справедливо.

С другой стороны, возможно, справедлив лишь экономический рост.

В свою очередь, финансируемое подобным образом потребление вызывает рост не столько в промышленности США, сколько основного поставщика товаров на американский рынок – Китая.

Китай вырученные подобным образом средства – а речь, повторяю, идет о нескольких процентах ВВП США, пусть и распределяемых как между товарным рынком и рынком услуг, так и между Китаем и иными поставщиками, – вкладывает в покупку нового госдолга США. Китай – второй после ФРС его покупатель (вполне вероятно, что резкий прирост покупок со стороны еще одной международной финансовой столицы мира – Лондона – есть также в значительной мере замаскированный китайский, или еще чей-то, спрос).

Но, честно говоря, в откровенный ужас приводят предполагаемые американскими властями цифры будущего госдолга: прирост за 10 лет на 9 триллионов долларов. То есть, что бы ни стояло за «миллиардом улыбок», в реальности на настоящий момент власти США видят впереди кризисное десятилетие вроде 1970-х. И предполагают еще в течение десятка лет продолжать политику замещения частного спроса – квазичастным, финансируемым государством за счет нарастания дефицита госбюджета.

Откровенно говоря, цифры столь велики, что я бы не дал бюджету этой страны и цента. И думаю, что при взгляде на них не я один делаю подобный вывод. Если так – где будет искать и находить средства американское правительство, за счет чего будет обслуживать все более нарастающую массу процентных платежей? Скорее всего – если считать, что власти США и вправду видят именно ту картину, каковую рисуют нам в долгосрочным бюджетном прогнозе, – то исключительно у ФРС.

Вполне вероятно, что со временем большая часть из нынешнего 10-триллионного ипотечного долга окажется на балансе ФРС. Судьба доллара в таком случае выглядит весьма сомнительной – равно как и в случае альтернативы в виде запуска механизма высокой, подобной все тем же 70-м, инфляции.

Рассмотрим подробнее ситуацию с финансированием ФРС дефицита бюджета. Практически все так называемые «зеленые ростки» в экономике США являются плодом:

1. В случае макроэкономики – фальсификаций правительством США статистических данных;
2. В случае микроэкономики – стимулирующих программ правительства США.

При этом:

* цены на базовые для реального сектора сырьевые товары столь велики, что сами по себе являются преградой для начала роста (в текущей экономической ситуации);
* сбережения и потребительские расходы населения на сумму, равную 9% ВВП, профинансированы за счет федерального бюджета США. То есть налицо отложенный спад.

Посему, мы имеем дело с бычьим ралли на медвежьем рынке. Приглядимся к нему поближе. Что его характеризует в первую очередь:

* ралли происходит на снижающихся объемах торгов;
* в ходе ралли институциональные инвесторы (в первую очередь, пенсионные фонды) избавляются от приобретенных ранее акций, население же – покупает;
* инициатором ралли стал исключительно крепко связанный с правительством США банк «Голдман Сакс».

Более подробно:

ФРС в больших объемах выкупает у институциональных инвесторов ипотечные бумаги (видимо, по или близко к сформировавшейся до кризиса их рыночной стоимости – иначе придется формировать огромные резервы на потери, причем тем самым ФРС устанавливает «рыночную» цену на данные бумаги, по которой те и взвешиваются в балансах держателей). Таким образом, ипотечные бумаги оседают на балансе ФРС, а у ИИ (институциональных инвесторов) появляется в больших объемах кэш. Но я не думаю, что в условиях гигантского дефицита бюджета ФРС просто помогает ИИ избавится от неликвидных активов, тем более, что в ситуации кризиса кэш просто оседает в банковских резервах, загоняя экономику в известную со времен Великой депрессии «ловушку ликвидности». Почти наверняка выкуп ипотечных бумаг сопровождается условиями по приобретению ИИ на вырученные деньги госбумаг. Таким образом, ФРС, по сути, проводит сразу две программы финансирования бюджета США: прямую, в рамках которой объявлено о покупке ФРС госбумаг на 300 млрд долларов, и равную или превосходящую ее в объеме опосредованную программу покупки госбумаг институциональными инвесторами, КОТОРЫЕ, ПО СУТИ, ЗАМЕЩАЮТ НА СВОИХ БАЛАНСАХ СОМНИТЕЛЬНЫЕ И НЕЛИКВИДНЫЕ ИПОТЕЧНЫЕ БУМАГИ ОБЯЗАТЕЛЬСТВАМИ ПРАВИТЕЛЬСТВА США.

При этом институциональные инвесторы попадают в «китайскую ловушку»: они не могут играть против правительства. Кроме того, они наверняка отягощены обязательством не продавать на рынок приобретенные в обмен на ипотечные бумаги гособлигации в течение какого-то срока. Вполне вероятно, что также они отягощены обязательствами некоторую часть вырученных средств пускать не на покупку гособлигаций, а на покупку акций – для поддержки ралли. По сути, от половины до двух третей дефицита бюджета текущего финансового года финансируется ФРС – напрямую и опосредованно.

Есть у ФРС и третий способ эмиссионного финансирования дефицита госбюджета – выкуп с открытого рынка свежеразмещенных выпусков гособлигаций. Это очень хорошо демонстрирует пример с 7-летними облигациями выпуска 912928LD0, пущенными в обращение 30 июля, а уже 7 августа ФРС выкупило с открытого рынка 47% всего объема этого выпуска.

Теперь вернемся к сбережениям и потребительским расходам. За последние 12 месяцев население США получило дотаций от федерального правительства на сумму в 1,23 трлн долларов – или почти на 9% ВВП. Оборотной стороной правительственной доброты стал гигантский дефицит бюджета, финансируемый как за счет описанных выше схем с участием ФРС, так и за счет заимствования средств, – в основном, у тех же институциональных инвесторов, в том числе и иностранных.

То есть, ИИ заняли денег правительству США, а то раздало их населению США, которое часть полученного потратило, и тем самым не допустило куда большего экономического спада, а часть сохранило, что вылилось в увеличение сбережений. Именно на эти деньги население в ходе ралли и покупает дорожающие акции. А продающие населению свои акции ИИ на вырученные деньги покупают бумаги правительства.

То есть, часть денег возвращается правительству. ИИ замещают на своих балансах акции госбумагами. А население по факту бесплатно – ведь оплачены они за счет правительственных дотаций – получает акции. Потому, на взгляд правительства, население вполне спокойно перенесет серьезное понижение стоимости свежекупленных в ходе ралли акций. Правительство бы впарило населению и ипотечные кредиты, но только у тех и форма для того не слишком пригодная, да и население покупать их не желает. Потому и приходится в качестве покупателя выступать ФРС. Зато дорожающие акции население покупать готово. Потому ФРС – ипотечные бумаги, населению – акции, институциональным инвесторам – госдолг.

Вырисовывается следующая картина:

1. Правительство раздает деньги и формирует сбережения населения.
2. Правительство же создает новостной фон для запуска и раскрутки ралли на фондовом рынке.
3. Институциональные инвесторы в ходе ралли продают акции населению, которое оплачивает их за счет дотаций правительства.
4. Взамен институциональные инвесторы вырученными от продажи акций средствами финансируют дефицит бюджета.
5. ФРС поддерживает ралли, заставляя улучшающих качество своего портфеля инвесторов часть средств вкладывать в акции.
6. ФРС финансирует дефицит бюджета за счет двойной программы, в рамках которой оно как напрямую покупает госдолг, так и создает его частных покупателей.

Таким образом, ситуация выглядит так: не ралли как следствие «зеленых ростков», а «зеленые ростки» ради ралли. Промежуточная цель – ралли. Конечная цель – избавление инвесторов от акций. Супербонус – финансирование дефицита бюджета. Речь, естественно, идет вовсе не о всех институциональных инвесторах. В первую очередь, – о пенсионных фондах, во вторую – о приближенных к власти.

Стоит специально отметить, что увеличение программы выкупа ФРС ипотечных бумаг с 500 млрд до 1, 25 трлн долларов есть факт не столько улучшения качества активов продавцов ипотечных бумаг, сколько финансирования дефицита бюджета, и (повторимся) в настоящий момент ФРС финансирует дефицит бюджета тремя, по факту эмиссионными, путями:

* прямой выкуп в рамках 300-миллиардной программы;
* опосредованный выкуп в рамках операции «мы покупаем у вас ипотеку, вы покупаете госдолг»;
* выкуп ФРС с рынка только что размещенного госдолга.

Таким образом, очень вероятно, что из примерно 1,5 трлн долларов дефицита бюджета текущего финансового года до двух третей профинансировано ФРС. При этом прогнозируемое против плана сокращение бюджетного дефицита текущего финансового года на 260 млрд долл. за счет, в основном, снижения помощи финансовым институтам есть следствие того, что указанные финансовые институты компенсировали полученные убытки прибылями на сырьевых рынках – вследствие ралли на таковых.

То есть, в итоге, прибыли финансовых институтов – есть убытки все тех же граждан США, крупнейших потребителей, в первую очередь, топлива. И, в итоге, в целом без разницы, как их оплатили бы граждане: покрывая убытки банков через госбюджет в случае отсутствия ралли на рынках, или формируя за свой счет прибыли банков в ходе случившегося ралли. Взглянем же пристальнее на конфигурацию обстоятельств, складывающихся вокруг ралли по состоянию на август с.г.

* в конце августа до трети оборота на бирже составляли акции компаний, частично принадлежащих государству. То есть тех, кто уже получал помощь от государства и, значит, скорее всего, получит ее снова;
* в августе инсайдеры продали наибольшее с начала года количество бумаг своих компаний;
* индекс «Болтик Драй» упал уже более чем на треть с июньского максимума;
* Шанхайский фондовый индекс упал на 23% с максимума, достигнутого 4 августа;
* кэш на руках инвесторов составляет 3,2%. Исторически ниже 3% он опускался исключительно редко;
* пенсионные фонды в ходе всего ралли избавляются от акций.

Все вышеприведенные рассуждения приводят к следующей мысли: одним мановением руки правительство США способно «перевернуть» ситуацию, что выльется в смену векторов на фондовом рынке. Именно поэтому настораживающими моментами выглядят:

* как достаточное неожиданное завершение совершенно недорогой, зато обладающей вероятно максимальным мультиплицирующим эффектом для промышленности программы «деньги в обмен на драндулеты» (с учетом того, что доля проданных в ее рамках автомобилей японских и американских марок практически равна, ее можно было финансировать специальной договоренностью с правительством Японии: то бы покупало на нужную сумму госдолг США, и столь успешно зарекомендовавшая себя программа продолжалась бы и продолжалась);
* так и заявления со стороны финансовых властей о том, что ФРС, возможно, не потребуется выкупать до конца календарного 2009 года весь заявленный объем ипотечных ценных бумаг в размере 1,25 трлн. То есть, описанная выше схема может быть неожиданно приостановлена – и это на фоне завершения в октябре программы прямого выкупа ФРС госдолга.

Вопрос, собственно, в одном – а зачем администрации Обамы «переворачивать» ситуацию?

Источник: Slon

Видео: Фильм Бесценный Доллар 2

11.09.2009

Система, известная еще как Рейгономика, была основана на кредите и постоянном снижении ставок по кредиту. Она позволяла перекредитоваться постоянно под более низкий процент. Но Рейгономика имела ограниченное время существования, какая система будет в будущем – неизвестно.

Почему США до этого момента продолжают кредитоваться за счет всего мира? Какие ошибки совершило руководство России в денежной политике? Каково состояние промышленности в США и России? Какого соотношения рубля и доллара можно ожидать в 2009 – 2010 годах? Кто нажился и выиграл от кризиса?

Ответы в фильме Бесценный Доллар 2.

Михаил Хазин: специфика банковской и денежной системы

02.09.2009

Специфика банковской системы состоит в том, что она работает с чужими активами. Условно говоря, вы принесли в банк деньги. Дали ему взаймы под проценты. Значит, банк эти деньги может дать в кредит кому-то, и теоретически картина такая: вы ему дали 5 рублей, он отдал эти 5 рублей в кредит, получил от кого-то 6, и 5 рублей он отдал вам, потому что это ваши, а оставшийся рубль вы поделили. То есть что-то, какую-то часть взял себе банк, какую-то дал вам за то, что вы ему дали деньги. Но в банковской системе все устроено… Вот это простая система.

А в реальной банковской системе все устроено немножко более сложно. Дело в том, что когда банк дал кому-то кредит, предприятию, то предприятие не может эти деньги взять в виде наличности. Оно их все равно получает на счет либо в этом же банке, либо в другом. И тот банк, у которого эти деньги лежат на счету, теоретически какую-то часть этих денег, пока они не израсходованы, может дать в кредит.

На самом деле, предположим, что у нас вообще всего 1 банк. И тогда эти деньги все равно лежат в банке. То есть с кем бы ни расплачивалось предприятие, которому дали кредит, деньги проходят с одного счета на другой внутри банка, но они остаются внутри банка. И банк снова может дать кредит. В результате объем кредита превышает объем вкладов первичный в разы. И когда мы говорим о количестве денег, то у нас, на самом деле, нужно четко объяснять, какие имеются в виду деньги – первичные, то есть те, которые положили граждане, либо же имеется в виду суммарный объем выданных кредитов?

Вот, обычно, наличные деньги обозначаются в экономике, называются агрегатом денежной массы М0, а кредитные деньги, суммарные все – это агрегат денежной массы М2. И одна из характеристик очень важных экономической системы – это отношение М2 к М0, называется «кредитный мультипликатор», насколько банковская система увеличивает количество денег.

Ограничителем этого является следующее. Поскольку нельзя уж совсем разрешать банку бесконтрольно отдавать чужие деньги в кредит, существует так называемая норма резервирования. То есть если у банка лежат на счету деньги, то он не может их все дать в кредит, он должен какую-то часть зарезервировать под риск невозвратов, еще чего-то.

На самом деле выясняется, что банки этого не понимают. Если им дать возможность, они раздадут все и много-много раз, и в результате потом происходит обрушение банковской пирамиды – это в истории было не один раз. Ну, грубо говоря, это тот случай, когда жадность оказывается обычно – это просто экспериментальный факт – сильнее, чем осторожность. И по этой причине есть норма резервирования. Вообще говоря, в нормальной ситуации она равна 10%. Ну вот, это такое, средневзвешенное значение. При этом количество кредитных денег М2 может быть больше, чем М0, примерно в 10 раз. Но в реальности поскольку часть денег находится в обороте, часть денег в виде наличности и еще чего-то, обычно мультипликатор в нормальной экономике равен 5-6. Вот, собственно, задача ЦБ регулировать экономику так, чтобы мультипликатор был 5-6.

Если он существенно больше. Например, в США где-то 2 года тому назад мультипликатор был равен аж 15. То в этом случае очень велика вероятность, что где-то кто-то сбойнет, и по цепочке посыплется цепочка неплатежей. Кризис ликвидности – это то, что произошло в США осенью прошлого года, из-за чего, собственно, обанкротился…

Потому что у вас один банк в цепочке длинной очень не может заплатить, и в результате все, кто за ним, не может заплатить.

И по этой причине нужно срочно дать денег в такую цепочку. Но поскольку таких цепочек много и как давать деньги не всегда понятно, то вот такая происходит картинка. Значит, классический пример обратной ситуации – это Россия 90-х годов. В России 90-х годов банки не давали кредит – это было невыгодно и опасно, и ЦБ активно зажимал денежную массу, борясь с инфляцией. В результате мультипликатор был 1,2.

По этой причине у нас было то, что называлось «Кризис неплатежей». Значит, и та, и другая крайность нехороша. Сегодня в нашей стране мультипликатор чуть больше 2 – 2,2.

А нормальная – 5-6. То есть, на самом деле, банковская система кредитов не дает. Вот это проблема, с которой, собственно, мы все и так сталкиваемся, это просто цифра, которая ее показывает. Значит, это одна характеристика денежной системы.

Вторая характеристика денежной системы – это отношение кредита, выданного субъектом экономики, производителем по отношению к валовому внутреннему продукту. Сюда не входят кредиты, которые банковская система выдала потребителям. То есть потребительских кредитов, ипотечных и так далее. Речь идет только о кредитах, которые выданы производителям как товаров, так и услуг.

Теоретически этот объем – в общем, он довольно существенно коррелирует с денежной массой, денежным агрегатом М2, но, все-таки, они не совпадают, потому что и есть кредиты, выданные потребителям, и там есть другие обстоятельства. Так вот, специфика денежного обращения в нормальной рыночной экономике состоит в том, что объем кредитов, которые должна получать экономика, ну, грубо говоря, кредитов на пополнение оборотных средств предприятий, примерно должна равняться 100% ВВП, условно говоря. Теоретически, конечно, предприятие может жить на прибыль. Вот оно что-то продало, получило прибыль. Но практически во всех учебниках написано, что если у вас есть 2 абсолютно одинаковых предприятия, и одно живет на кредитные ресурсы, а другое на прибыль, то то, которое живет на кредитные ресурсы, развивается сильно быстрее. В результате то, которое живет на прибыль, проигрывает в конкурентной борьбе и проигрывает. Потому что оно не может быстро развиваться. Оно должно накопить, много лет накапливать ресурсы.

Вот специфика экономики состоит в том, что если у вас денег в экономике, кредитов много больше, чем 100% от ВВП, у вас начинается монетарная инфляция. Потому что денег больше, и в результате потребители начинают конкурировать за товар. Если же денег сильно меньше, то у вас начинается то, что называется кризис неплатежей. Предприятие не может получить кредит под оборотные деньги, оно вынуждено переплачивать. Ну, например, выпускать векселя, денежные суррогаты, которые для него стоят очень дорого. Для того, чтобы получить оборотные средства, чтобы купить комплектующие, заплатить за что-то, и после этого эти расходы оно перекладывает на потребителя. Образуется так называемая инфляция издержек.

Вот монетарная теория утверждает, что инфляция бывает только монетарная. Практика показывает, что инфляция возникает в том случае, если объем кредитов в экономике сильно отклоняется от объема ВВП. Если больше – инфляция монетарная, если меньше – инфляция издержек.

Вот в 90-е годы попытка команды Гайдара зажимать денежную массу для борьбы с инфляцией приводили к ее увеличению. Вот, собственно, все. Вот, как бы, система денежного обращения, в общем, характеризуется двумя показателями – кредитным мультипликатором и монетизацией экономики, отношением кредита к ВВП.

В нашей стране объем кредита к ВВП в 90-е годы, в минимуме в 1996-1998 году достигал 5-8%, то есть был меньше в 20 раз чем нужно. Вот откуда дефолт и все остальное. А, соответственно, сегодня он где-то в районе 35%. То есть на самом деле мы можем увеличить денежную массу в 3 раза без инфляции. Ну, собственно говоря, это продемонстрировал Геращенко, который с 1999 по 2003 год увеличил объем денежной массы в России в 10 раз, и при этом инфляция падала. Потому что просто денег было недостаточно в экономике. Вот вся суть инфляции.

Попытка борьбы с кредитом как инструментом, который мешает развитию, то есть можно ли попытаться создать такую денежную систему, которая обеспечивала бы скорость развития как в условиях кредита, но при этом не создавала бы вот эту проблему с частичным резервированием, ну, там, 10%. Потому что как только начинается кризис, государство пытается в экономике увеличить количество денег, уменьшая резервирование. В США, по-моему, сейчас не 10% резервирование, а 2,5%, если мне память не изменяет.

Вот то, что сегодня на рынке нефти, когда цена на нефть буквально за полгода подскочила в 2 раза, это инфляционный процесс. Ну, просто инфляция бывает равномерной, и тогда все ее видят, а бывает сконцентрированной в отдельных секторах, тогда говорят, что там вырос финансовый пузырь. Вот схемы сочетания позитивных достоинств частичного резервирования и кредитования, то есть быстрый рост с отменой негативных, это с ее стороны, с высоким риском обвала и надуванием финансовых пузырей, создал ряд схем. Одна из них – это, вот, обсуждаемая уже у нас в предыдущих передачах схема Сильвио Гезеля, беспроцентных денег. Схема Гезеля состоит в том, что это деньги, которые со временем обесцениваются – медленно, но обесцениваются. По этой причине их невыгодно держать и невыгодно устраивать накопительные схемы, потому что вы теряете. То есть вам нужно как можно быстрее их тратить или вкладывать куда-то в дело.

Это вполне себе интересная схема, но нужно понимать что ее невозможно сделать, пока у вас существует система частных ЦБ, у которых есть бенефициары, которые в этом не заинтересованы. Ну, вы подумайте сами: у вас Федеральная резервная система – частный банк. Она определяет, кому давать напечатанные деньги. Ну, как бы, это бизнес, в эффективности которого его не с чем сравнивать. И это как раз и есть главная проблема. Именно по этой причине Обама и многие другие сильные мира сего категорически запрещают разбираться в реальных причинах кризиса.

Михаил Хазин о сценариах выхода из кризиса. Видео.

02.09.2009

Может ли сложиться такая ситуация, когда слаборазвитость хозяйственной инфраструктуры России поможет не только при выходе из кризиса, но и выведет Россию в мировые лидеры, имея в виду, что есть куда вкладывать деньги и есть основа для реализации крупных проектов?

В чем основная проблема современной ситуации? Я уже говорил про это. Основной механизм кризиса – падение совокупного спроса и в мире, и в США, которые есть основа мирового спроса. Если падает спрос, то практически любая деятельность становится нерентабельной. Потому что вы вкладываетесь, а рынки падают, а количество конкурентов растет, загрузка мощностей тоже падает. Ну, в общем, все плохо-плохо-плохо, все хуже, хуже и хуже. И длиться это будет достаточно длительный срок. И в этой ситуации основная проблема всей мировой экономики будет состоять в том, что не будет точек роста. Потому что откуда появляются точки роста? От того, что где-то появляется инвестиционный спрос. А инвестиционный спрос на фоне спада, тяжелой депрессии? Ну, какой инвестиционный спрос, когда у вас мощностей в 2 раза больше, чем нужно? Вон они стоят – бери любую, производи что хочешь, все равно никто не купит. В этом смысле проблема инфраструктуры, действительно, станет очень интересной. У нас ее нету и, в общем, по этой причине ее имеет смысл строить, более качественную и еще чего-то.

На Западе решили, что они могут, например, заниматься строительством электромобилей, и народ радостно бежит их покупать, поскольку они все борются за чистоту окружающей среды. Но они при этом не учитывают – ну, это, как бы, могло сработать при падении уровня жизни на 10%, может быть даже на 15%, но не в 2 раза – тут вот этот фокус не пройдет совершенно однозначно. Но тут есть еще разные тонкости.

Дело в том, что такой тяжелый спад, практически в 2 раза – он начинает разрушать инфраструктуру экономическую, институциональную структуру экономики. Грубо говоря, очень многие вещи, которые были вполне рентабельны, эту рентабельность теряют. Классический пример потери инфраструктуры – это жизнь в Древнем Риме, в котором, как мы знаем, были многоэтажные дома, в каждой квартире была холодная и горячая вода, была централизованная канализация и масса еще разных положительных вещей. Все это появилось в Европе снова в XIX веке. Ну, собственно, в Восточной Европе была еще Византия почти тысячу лет. В XIX веке. И вот это пример утраты инфраструктуры.

Вот я очень боюсь, это такой достаточно брутальный сценарий, что будет потеряна инфраструктура. Причем, я даже не берусь сказать, что будет потеряно, поскольку тут есть разные тонкости. Но, вот, если инфраструктура будет потеряна, это будут очень серьезные проблемы. И в этом смысле выигрыш будет у того, у кого она изначально была проще.

Чем у вас сложнее система, тем, ну, очень условно говоря: если в вашем доме не было водопровода и вы, соответственно, таскали воду из колодца, то у вас ничего не изменилось – вы как жили, так и жили, более того, даже можете поставить насос, который из колодца будет качать и это для вас будет прогресс. А если вы уже привыкли к тому, что у вас из краника течет вода, и под это перестроили все… Ну, например, у вас стоит автоматическая система полива чего-то там. То для вас это может стать катастрофой. Потому что у вас слишком сложная система, и ее заместить тасканием воды практически невозможно.

Ну вот я могу просто рассказать историю. Еще в 60-е годы, ну, не я, мои родители знавали человека, который у себя в квартире всю квартиру заставил ящиками с тюльпанами, поставил там автоматическую поливку. Не приходил туда месяц, потом пришел, срезал тюльпаны и к 8 марта их продал. Он в Москве жил. Получил очень много денег. Я не буду сейчас влезать в детали – там были тонкости, потому что 8-е марта – да, но оказалось, что это 8-е марта, когда был XXIV съезд КПСС. Поэтому в Москве цветов было немереное количество, поэтому он их все отвез в Ленинград и там продал. Ну, это отдельная история.

Вот это проблема реальная – как быть с инфраструктурой, как будет происходить техническая деградация, насколько она будет сильной и т.д., и т.п. Количество ошибок здесь будет невероятно велико. Вот мы у себя в компании НЕОКОН никогда не занимались микроэкономикой, то есть мы занимались антикризисным консультированием. Но вот сейчас мы поняли, что без этого обойтись невозможно, что есть просто обычный текущий бизнес, там, бухгалтерия, еще что-то. Компании же все равно работают, несмотря на кризис? По этой причине мы у себя решили сделать консалтинговое подразделение. У нас, соответственно, оно начинает работать уже буквально через неделю. И заниматься как раз мы будем тем, что будем, как бы, объяснять, как нужно адаптировать текущие бизнес-процессы к происходящим событиям. Еще раз повторяю: не придумать что-то экстра антикризисное, а как адаптировать текущие процессы. Это совершенно, как бы, другая вещь, такой, классический консалтинг, но с учетом нашего понимания процесса.

Вот я совершенно четко понимаю, что основная проблема, в том числе западная, будет в том, что у них невероятно сильно развита система постановки бизнеса. То есть у вас, как бы, все расписано, существуют точные методики, существуют точные оценки, сколько стоит каждая минута каждого специалиста и т.д., и т.п. И весь этот огромный пласт работы в условиях этого кризиса с очень большой вероятностью станет неработающим. Не просто бессмысленным, то есть что его можно просто списывать и придется все начинать снова, оно еще и вредное. То есть кто-то будет продолжать следовать этим росписям, он начнет проигрывать.

В нашей стране этого еще нету, и поэтому имеет смысл, как бы, эту работу начинать. Вот мы, собственно, и пытаемся ее начинать. А на Западе просто вообще нет людей, которые бы занимались экономикой происходящих процессов. Я уже здесь много раз рассказывал, что в США и в мире, особенно в западном, запрещено анализировать причины кризиса. Я уже много раз объяснял почему – что это связано с тем, что при этом тут же всплывают современные финансовые элиты, у которых большие проблемы. Но надо четко совершенно понимать, что это все равно придется делать, чем позже, тем хуже.

Михаил Хазин Видео. Интерьвю о текущей ситуации в России, США, Европе

16.08.2009

Михаил Хазин в интервью радиостанции Эхо Москвы ведет обсуждение текущей ситауции в промышленности России, дальнейшее развитие кризиса в США и Европе. Затрагиваются возможные варианты развития кризиса в Мире.

Обсуждается ситуация в автопромышленности, план по работе Автоваза в будущем, стимулирование продаж автомобилей в Европе и США. Также затрагивается тема о необходимости девальвации российского рубля и кризисе политической и экономической элиты России.