Записи с меткой «Хазин»

« Раньше
Позже »

Михаил Хазин: Проблема Транзита Газа.Северный и Южный Поток. Кризис на Украине.

16.05.2009

Ведущий: Добрый вечер. Очередная порция «Кредит доверия». Михаил Хазин, экономист, президент консалтинговой компании НЕОКОН. Добрый вечер.

Михаил Хазин: Добрый вечер.

Проблема Транзита Газа

Ведущий: Значит, смотрите, несколько вопросов, как мне показалось, весьма любопытных поступило на наш сайт в интернете. Давайте начнем с Алексея Петрова, служащего: «Как отразится на рубле недополучение экспортной выручки Газпромом в первом квартале в случае усугубления, конечно, проблем с Украиной до марта 2009 года? По некоторым подсчетам, – продолжает он. – недостаток может составить от 7 до 17 миллиардов долларов».

Михаил Хазин: Я не думаю, что это окажет сильное влияние. Во-первых, потому что деньги или уже давно заплачены, или… Это же контракты довольно старые, большинство из них. Во-вторых все-таки частично газ идет. В общем, я думаю, что это не та проблема, которая реально скажется. У нас значительно больше проблемы, связанные с тем, что именно в январе-месяце начнет резко падать выручка от продажи нефти.

Северный Поток и Южный Поток экспорта газа

Ведущий: Нефть я пометил себе, но давайте останемся в теме газовых взаимоотношений между Россией и Украиной. Мне хотелось бы получить ваш комментарий, оценку ситуации, текущих событий.

Михаил Хазин: Ну, вообще говоря, безусловно Россия очень сильно давит в отличие, скажем, от предыдущих 2-3 лет. И я думаю, что это связано с тем, что общеэкономическая ситуация в Европе позволяет сегодня поставить вопрос очень жестко. Дело в том, что как мы знаем, попытки сделать Северный Поток и Южный Поток упираются в острые противоречия внутри Европы. Там есть силы, которые считают, что усиливать зависимость Европы от России неправильно. И сегодня фактически Россия показывает Европе, что альтернативы у нее, в общем, нет.

Ведущий: Так Россия или Украина показывает Европе?

Михаил Хазин: Россия показывает Европе – еще раз говорю: год назад мы просто дали Украине больше газа, и 2 года тому назад – в результате Украина газ отбирала, но потом со временем как-то начала расплачиваться, или как бы это записали в долг или еще как-то – неважно. Сегодня мы первый раз реально стали недодавать Украине газа, причем в достаточно жесткой форме. Грубо говоря, если она в этот день не передала дальше в Европу некий кусок, то на следующий день мы сокращаем поставки, объясняя, что эти поставки может компенсировать Украина из того газа, которая она украла раньше.

Ведущий: Да, но одно уточнение: Украине мы вообще не поставляем ни одного кубометра газа.

Михаил Хазин: Нет, Украине – в смысле, в украинскую газотранспортную систему. То есть в этой ситуации как раз все более или менее понятно. Кроме того, нужно учесть еще и внутриполитические украинские разборки между Ющенко и Тимошенко, и безусловно и тот, и другая имеют некоторые отношения и с Россией, и с Газпромом – там, не будем говорить о том, кто из них является бенефициаром газовых схем, кто не является, но тем не менее. Вот эти отношения мы не знаем, но четко совершенно понимаем, что они присутствуют. Так вот, я еще раз говорю, что у меня твердое совершенно ощущение, что Россия решила четко и внятно продемонстрировать Европе, той части, которая считала, что Украина для нее важнее, как бы, интересы США в частности, что в результате убытки от такой политики будут слишком велики для того, чтобы ее продолжать. Но еще раз повторяю: это мое частное мнение.

Кризис на Украине и кризис украинской государственности

Ведущий: Ну, конечно. Конечно. Сегодня Газпром заявил о том, что Украина фактически шантажирует европейские страны и Россию. И Россия, и Запад стали заложниками той позиции, которую заняла украинская сторона. В свою очередь, когда я сегодня в эфире спрашивал у официального представителя «Нафтогаза», как он расценивает эту ситуацию, он сказал, что эта вся история очень выгодна западным странам – потому что в такой ситуации он может оказывать давление и на Украину, и на Россию.

Михаил Хазин: Ну, я не могу ничего сказать про позицию «Нафтогаза» – у них там свои вещи, но давайте отдадим себе отчет. В условиях того кризиса, который сегодня начался в мире – ну, собственно он уже там какое-то время начался – малые страны, малые не с точки зрения площади или, там, по населению, Украина в Европе входит в десятку самых крупных стран, а может быть даже и ближе – но а с точки зрения масштабов экономики. Так вот малые экономики выжить самостоятельно не могут без очень резкого падения уровня жизни своего населения. Разумеется, совсем малые страны типа прибалтийских, может быть Болгарии, Румынии – им будет совсем плохо по итогам этого кризиса, но и у Украины будет очень тяжелое положение, тем более что она, в общем, жила на экспорте металла и продуктов химии, которые сегодня резко упали и в цене, и в объемах. Это абсолютно объективная ситуация. Даже у нас с этим проблемы, мы существенно больше Украины и у нас есть свои собственные источники нефти и газа, покрывающие все внутренние потребности. У Украины тоже есть источники газа, но все их внутренние потребности они не покрывают. А теоретически их должно хватить на услуги ЖКХ населению. Но это, я еще раз говорю, только теоретически, потому что нет уверенности, что это количество газа может закрыть объем всей системы трубопроводов, и до тех потребителей, которые на Востоке, этот газ будет доходить: у Украины, в основном, добыча на Западе. Но в общем и целом, понятно, что Украина выжить самостоятельно не сможет. Еще раз повторяю: это объективно. И не только Украина. И необходимо принимать решения руководству Украины, кто и за что будет ее поддерживать. История с Прибалтикой, которой Евросоюз не помогает. Последний саммит Евросоюза, в котором самая богатая страна Германия отказалась дать копейки на общий фонд поддержки, сказала, что каждая страна должна выходить из кризиса самостоятельно, четко совершенно показывает, что на Западе Украина ничего не получит. Поэтому этот кризис – это еще и кризис украинской государственности в том смысле, что она выбрала неправильный вектор развития. То есть поддерживать уровень жизни населения даже сегодняшний, достаточно низкий, с ориентацией на Запад невозможно.

Ведущий: Ну а как насчет политических уступок, ну, например, по-прежнему заявляемое стремление в НАТО? Может ли это сыграть на руку более тесным экономических взаимоотношениям между Евросоюзом и Украиной?

Михаил Хазин: Стремление Украины в НАТО интересно только Соединенным Штатам Америки в сегодняшней геополитической реальности. Европе Украина не нужна. 50 миллионов голодных ртов, голодных в широком смысле этого слова: на Украине практически у каждого есть участочек, на котором можно выращивать что-то, и в этом смысле с голоду Украина не умрет, скорее всего. Хотя я не исключаю, что в крупных городах могут быть и проблемы с продовольствием. Но нужно совершенно четко понимать, что уровень жизни при этом будет, ну как там, в 19 веке.

Ведущий: Ну уж, так и в 19-м?

Михаил Хазин: Ну, а что, собственно, такого? Ну, в 19-м веке, да. Натуральное хозяйство. А откуда? Деньги откуда? Сама Украина практически ничего не производит уже сейчас.

Ведущий: Так, может быть, нам здесь перехватить инициативу и, так сказать, задушить в объятиях политико-экономических?

Михаил Хазин: Вот, извините пожалуйста, но душить в объятиях – это, в принципе, неправильная политика.

Ведущий: Я понимаю. (смеется)

Михаил Хазин: Украина объявила о том, что она самостоятельное государство и у нее есть свои национальные интересы. В этой ситуации задача России так же, как это было в 17-м веке, во время Переяславской Рады не навязывать свое, некие позиции, а ждать, пока Украина примет самостоятельное решение. И на самом деле, объективно никакого другого варианта, кроме как путь на Восток, у Украины нету. Более того, нынешнее прозападное руководство пугает Украину, что она станет, как бы, малой частью России. Давайте уж говорить откровенно: на Украине живет 50 миллионов человек, в России – 150. Ну, на самом деле около 170, но будем считать, что 150.

Ведущий: Ну, 143, по-моему.

Михаил Хазин: 143 – это данные переписи. Если считать количество людей, которые реально живут, то где-то 165-170. Ну, там, по косвенным данным. Но надо при этом понимать, что люди, которые тут живут, уезжать совершенно не собираются. Это бывшие граждане СССР. Да, не все из них легализованы. Некоторые легализованы, но, как бы, в переписи, которая была достаточно давно, не учтены, потому что она производилась крайне некачественно. Ну, и так далее. Ну, еще раз говорю: это на самом деле не принципиально. Украина в этой ситуации может вести переговоры о создании, например, конфедерации, при котором она является абсолютно равноправным партнером. Можно обсуждать о создании тройственной конфигурации с Казахстаном или с Белоруссией. Есть разные варианты, при котором она является равноправным игроком. Но для этого на Украине у власти должны быть люди, которые совершенно четко понимают, что для них направление на Восток является абсолютно реальным. Сегодня таких людей, как бы в украинском истеблишменте нету. Это целенаправленная, многолетняя политика, которую проводили как тогдашнее руководство Украины, которым очень понравилось быть руководителями и быть, как бы, самостоятельными начальниками, и которые получали при этом западную помощь, но которые не видели своей ответственности. А сегодня мы видим, что от руководства Украины требуют ответственного отношения к своей стране и к своему народу, а они вместо этого говорят: «Мы хотим в НАТО». Ну это в неком смысле безответственность. При этом сам Ющенко резонно понимает, что поскольку его дети – граждане США, поскольку его жена – гражданка США, даже не смотря на то, что она официально объявила, что она выходит – это ни на что не влияет. То в этой ситуации ему-то наплевать: он уедет в свою Америку, а на Украине хоть трава не расти. Меня как бы волнует эта ситуация. Мои предки по отцовской линии приехали 60 лет тому назад с Украины в Москву. И я совершенно четко понимаю. Я не могу равнодушно смотреть на всю эту ситуацию, но при этом я совершенно четко понимаю, что Украина должна сама принять самостоятельное решение.

Ведущий: А что, на ваш взгляд, имеет смысл сделать Москве в политико-экономическом плане? Какие шаги в сторону Украины?

Михаил Хазин: Пока никаких. Пока разговаривать не с кем. Какой интерес помогать Украине, которая хочет в НАТО? Вот давайте соответственно, пускай там придет новое правительство, новое руководство, с которым будем разговаривать, как мы будем жить дальше? Как мы будем строить наш дом? Вот это тема. И тогда можно говорить: «А давайте таможенное пространство или единая валюта». Ну, в конце концов, у Европы же есть евро? И там нету… Евроцентробанком не управляет ни Франция, ни Германия, ни Италия, ни Великобритания. Там некое коллегиальное руководство. Ну, и так далее, и тому подобное. Есть о чем разговаривать. У Украины будут свои требования.

Ведущий: Но не с этим режимом Саакашвили, но не с этим режимом Ющенко.

Михаил Хазин: Да, совершенно верно. Вот с ними разговаривать невозможно. Ну, с Саакашвили вообще невозможно разговаривать – это даже американцы поняли.

Зависимость Европы от поставок российского газа

Ведущий: Михаил Хазин – гость этой студии. Давайте еще в газовой теме останемся, потому что есть вопросы от слушателей. Насколько страны Восточной и Западной Европы могут отказаться от российского газа, и получать газ от других поставщиков – Норвегия, Нидерланды, Ливия?

Михаил Хазин: Ну, я склонен считать, что каждая отдельная страна, если бы она была одна, может быть, и могла бы отказаться, но все вместе не могут. Кроме того, я не вижу, на самом деле, повода. Потому что как только вопрос будет улажен – газа-то много. Вся проблема состоит, опять же, в том, что нету денег за него платить. Особо тяжелое положение у Украины ровно потому, что у нее реально ее руководство вело столь идиотическую экономическую политику, что у них просто нету денег реально. У всех остальных стран – у Болгарии, у Румынии, у Венгрии – все-таки было более адекватное руководство. Да, они строили прозападную политику, но в рамках прозападной политики они себе выбили некое место в разделении труда и некие источники доходов. Поэтому они могут, уменьшив какую-то часть расходов бюджета, увеличить выплаты за российский газ, имея в виду при этом, что в общем и целом в связи с мировым кризисом мировые цены на газ будут, скорее, падать. Доходы, правда, будут падать тоже, и может быть, быстрее чем цены на газ, но тем не менее. А у Украины вообще нет источников денег. Тем более, они теперь кредит МВФ взяли – это вообще самоубийство. Ну ладно, чего уж там.

Ведущий: Да. Ой, как-то у меня с пейджером тут произошла неудачная накладка. Сейчас, секундочку. «Ну, мы понимаем, что после этой зимы, особенно если США окажет поддержку Украине, то она потеряна для нас навсегда», – Вадим из Красного села.

Социалистическая и Капиталистическая системы разделения труда

Михаил Хазин: Я не думаю. Потому что любая поддержка в той ситуации, в которой находится сегодня Украина, она ну, на месяц, ну на два, ну на три. А дальше ситуация повторится. Еще раз повторяю: это общеэкономическая ситуация. На самом деле из-за чего она возникла? Она возникла по очень простой причине. Начиная с конца 80-х годов в мире существует одна единственная система разделения труда. Вот, до 1988 года было две – социалистическая и капиталистическая, с 1988 по 1991 год происходит распад социалистической. Одна система разделения труда. В рамках этой системы разделения труда у каждой страны, даже у Соединенных Штатов Америки, есть некая специализация. Например, Соединенные Штаты Америки не производят телевизоры. Телевизоры для них производят Тайвань, Малайзия, еще кто-то. И Китай. А как устроено разделение труда? Что каждой стране выделен кусочек, и она в рамках этого кусочка производит продукцию для большого количества стран и иногда для всего мира, и от этого получает доходы, которые позволяют ей покупать у других стран то, что производят они. Разумеется, в рамках этого разделения труда существуют некоторые естественные преимущества: у одни есть нефть – у других нету, у одних есть полезные ископаемые – у других нету, у одних есть выход к морю – у других нету, и т.д., и т.п. То есть, скажем, есть транзитные страны. Но в общем и целом система такая. Но если у вас экономический кризис, при котором резко падает общий спрос, то те страны, которые раньше жили на продажах, неожиданно обнаруживают, что то, что они продают, уже больше не позволяет им выжить. И таких стран будут десятки и сотни в мире. И Украина попала в этот список. Вот что с этим делать – абсолютно непонятно. Кстати, совершенно не исключено, что мы тоже попадем. Просто мы – больше чем Украина в 3 раза, и по этой причине мы чуть-чуть дольше будем сопротивляться. У нас есть свои нефть и газ, поэтому мы чуть-чуть дольше будем сопротивляться. Но в общем и целом, скажем, к концу этого года мы окажемся в очень похожей ситуации, при которой нефти и газа, которые мы будем продавать по тем ценам, которые будут в мире, и тех объемах, которые мир будет готов принять на тех условиях, может не хватить на то, чтобы поддерживать жизненный уровень даже в том состоянии сильно упавшем, которое будет к марту-апрелю. А к марту-апрелю мы упадем примерно на четверть. А жизненный уровень населения упадет примерно на треть. Это очень много. Мы вернемся, еще раз повторяю, в осень 1998 года, уже к этой весне.

Ведущий: Давайте мы… Помните, ставили там засечку? Значит, бюджет и цены на нефть, бюджет из-за падения цен на нефть уже в январе недополучит сколько?

Михаил Хазин: Много. Я не берусь сказать, просто потому, что тот реальный бюджет, который исполняет правительство, к тем цифрам, которые имеют место в законе, имеют весьма слабое отношение. Ну, это объективная ситуация.

Обвал доллара или падение евро

Ведущий: Идем дальше. «Доллар укрепляется, риск по нему возрастает. Будет ли быстрое вздутие мировых фондовых рынков? Доу Джонс около 12 тысяч пунктов, укрепление доллара к евро – 1,1 перед его обвалом. Может ли это произойти летом 2009 года?»

Михаил Хазин: Ну, обратите внимание, что доллар рос в октябре где-то, и дорос примерно до 1,18 относительно евро. Это было связано с тем, что очень много людей забирали свои деньги из разных фондов и других организаций финансовых, а сами финансовые организации выходили в кэш, то есть в наличные деньги из сомнительных финансовых активов. А потом аналогичная ситуация происходила по евро. Доходил курс до 1,4. Сейчас, по-моему, 1,36. Я думаю, что в целом тенденция будет на ослабление евро и укрепление доллара до конца года, где-то к 1,15 – 1,20. Связано это с несколькими причинами, главная из которых состоит в том, что при падающем спросе Европе будет все труднее и труднее обеспечить объем экспорта, необходимый для поддержания бюджета Евросоюза. Где-то год тому назад, еще до начала спада совокупного спроса, критическое для них значение было 1,6 евро к доллару. Сейчас, скорее всего, 1,2. Но еще раз повторяю, это желание Европы. У Соединенных Штатов Америки после инаугурации Обамы 20 января будет реализовываться программа Полсена в том или ином варианте. Там колоссальные совершенно деньги. Уже объявлено о выдаче триллиона долларов, 750 миллиардов долларов на поддержку отдельных штатов и т.д., и т.п. Я не знаю, сколько будет выделено реально, но инфляция по доллару будет расти. Инфляция, как мы знаем, по доллару была достаточно высокая в сентябре-месяце. В сентябре после острого кризиса ликвидности, который устроил Полсен в рамках своих предвыборных махинаций, начались дефляционные тенденции на фоне острого спада спроса. Сейчас они могут снова запустить инфляционные процессы, в результате доллар будет падать. Как Европа будет снижать курс евро к доллару – я не знаю. Может быть, точно также начнет эмитировать евро и поддерживать отдельные компании или финансовые институты. Но, вот еще раз говорю, такая общая линия, скорее всего, доллар к евро – 1,15 – 1,20 к концу года – но я не исключаю взбрыки и в ту, и в другую сторону просто потому, что в условиях острого кризиса очень трудно что-либо предсказывать.

Цены на нефть

Ведущий: Что касается нефти – давайте на секунду вернемся – считаете ли вы, что тренд последних дней, наметившийся повышательный тренд сохранится достаточно долгое время?

Михаил Хазин: Повышательный тренд – я думаю, что сегодня связан с ситуацией на Ближнем Востоке. Все понимают, что операция в Газе – это, ну, грубо говоря, первый шаг. Не исключено, что будет еще что-то, вплоть до удара по Ирану Израилем. Связано это может быть с тем, что администрация Буша хочет оставить Обаме некоторый конфликт, с которым, как бы, ему трудно будет разбираться. Такой, стандартный прием. Ну, грубо говоря, администрация Буша готовит почву для следующей республиканской администрации, которая, скорее всего, и придет уже через 4 года. Потому что Обаме, конечно, никто не простит 4 года непрерывного экономического спада. Это с одной стороны. С другой стороны не исключено, что это спекулятивные вещи на тонком рынке, на тонком – то есть с очень маленькими объемами в праздниках, когда одна крупная покупка может резко загнать цены вверх. Вообще говоря, в связи с падением спроса, цена на нефть должна стремиться к некому уровню, ну, условно говоря, 20-25 долларов за баррель, в нынешних долларах, потому что по доллару будет инфляция: не исключено, что к концу года это будет диапазон 30-35. Но при этом надо понимать, что это такая общая тенденция, на которую будут накладываться, возможно, очень сильные колебания. В мире есть колоссальные объемы свободных капиталов, которые носятся по миру и бросаются в разные места в расчете, ну, слупить хотя бы четверть процента прибыли. И они могут раздувать отдельные рынки очень сильно. Но я все равно не склонен считать, что даже в пиках роста цена на нефть может подскочить до 55-60. Скорее, она будет более или менее колебаться вокруг уровня от 20 до 40, все более и более склоняясь к нижней ее границе.

Ведущий: Вот такой вопрос, мы закончим им, наверное программу. Сергей спрашивает: «Пройдена ли нашей страной точка невозврата от сырьевой паразитической экономики к экономики производящей?» Можете ответить односложно.

Михаил Хазин: Очень интересно. А у нас что, развивалось какое-то производство последние 5-6 лет? Я про это первый раз слышу. Потому что то, что у нас развивалось, какие-нибудь заводы Форды или Тойоты – ну, про Форд, он точно был построен в расчете на внутреннее производство. Тойота теоретически строила завод для всей Европы, и в этом смысле, конечно, мы бы получали какие-то льготы, но при этом надо совершенно четко понимать, что спрос в Европе падает, и будет ли работать этот завод – это большой вопрос. А все, а больше мы ничего не строили. У нас даже оборонка, в общем, в не очень хорошем состоянии.

Ведущий: Михаил Хазин, экономист, президент консалтинговой компании НЕОКОН. До встречи через неделю.

06.01.2009

Источник:Эхо Москвы

Метки:, , , , ,
Рубрика: Мнения | Нет комментариев »

Михаил Хазин:Прогноз на 2009 год. Курс RUR в 2009 году. Долларовая инфляция.

12.05.2009

Ведущий: 23 часа и почти 4 минуты в Москве, еще раз добрый вечер. Михаин Хазин, экономист, президент консалтинговой компании НЕОКОН, в гостях на «Эхе». Добрый вечер, Михаил.

Михаил Хазин: Добрый вечер.

Ведущий: Ну что ж, давайте подводить итоги. Последний наш с вами совместный… первый и последний а этом году совместный проект…

Михаил Хазин: В этом году, да.

Ведущий: Но думаю, что будет все на постоянной основе еще какое-то время. Давайте подводить итоги этого года. Значит, давайте так… Что вы считаете самым провальным и самым успешным проектом в экономическом смысле за 2008 год?

Михаил Хазин: А вы имеете в виду Россию или мир в целом?

Ведущий: Россию, Россию, давайте Россию.

Самый успешный и самый провальный проект в экономическом смысле в 2008

Михаил Хазин: Ну, самым провальным проектом является итог восьми лет президентства Путина.

Ведущий: С экономической точки зрения?

Михаил Хазин: Да. В этом году президентство Путина закончилось, и оно закончилось, в общем, достаточно трагически, с точки зрения экономики. С этим ничего нельзя уже сделать. Есть разные мнения. Одни считают, что он до сих пор не понимает, что произошло, другие считают, что он уже понял, что его там подставили, обидели, еще чего-то. Но давайте смотреть правде в глаза. Он был лидером государства и тем самым несет полную ответственность за все, что произошло. А проекты, которые он делал – и удвоение ВВП, и все остальное – закончились полным провалом.

Ведущий: Ну а успешные?

Михаил Хазин: В экономическом плане?

Ведущий: Опять-таки.

Михаил Хазин: Сложно сказать, я даже не знаю, что. Собственно говоря, мировая экономика пребывает в крайне печальном состоянии, объективно в крайне печальном состоянии. Это печальное состояние началось не сегодня и не вчера, а в конце 60-х годов. Все, что было до тех пор, это было как бы медленное сползание, ну то есть балансирование на краю пропасти. До революции Россия стояла на краю пропасти, после нее она сделала шаг вперед. Аналогичное относится и к мировой экономике. Но если говорить о реальных результатах, то реальный результат состоит в следующем, и это на самом деле замечательный результат. Мир осознает, пока это поняли не все, но уже кто-то понял, и это замечательно, а в следующем году это поймут все, что та модель либеральная мировой экономики, которая строилась последний 25 – 27 лет, не жилец.

Прогноз на 2009 год в России

Ведущий: Тогда давайте прогнозы на будущий год. По каким сценариям, на ваш взгляд, будет развиваться экономическая ситуация в России? Какие ключевые слабые и сильные стороны здесь можно выделить? И при каких условиях возможны эти сценарии?

Михаил Хазин: Ну, имеется компания, в которой я работаю, компания НЕОКОН, и в которой, кстати, работает, я считаю, один из самых выдающихся на сегодня в мире экономистов Олег Владимирович Григорьев. И мы, в общем, где-то примерно полгода тому назад задались вопросом: а чем мы можем помочь людям?

Ведущий: Лично вы?

Михаил Хазин: Ну мы. Как бы мы как компания НЕОКОН. И мы довольно быстро поняли, что есть два варианта людей – есть просто люди, а есть предприниматели. Мы пришли к выводу, что поскольку мы консалтинговая компания, то мы должны помогать предпринимателям. И мы по этой причине решили сделать некий документ, еженедельный обзор, о том, что реально происходит в мировой экономике. Удивительная ситуация: подавляющая часть СМИ сегодня абсолютно неадекватно излагает те события, которые происходят. Это не есть заговор, это есть результат некого неявного признания некой модели, условно ее можно назвать монетарной, но это очень условно, которая последние 20 лет, а в России с 91-го года, является доминирующей. Эта модель не обсуждается, она считается единственно верной. Но она, уже сегодня всем понятно, не соответствует действительности. Так вот, если вы почитаете СМИ – газеты, телевизор, – то там все, что происходит, описывается именно с точки зрения этой модели. А в реальности то, что происходит, происходит иначе. И мы пытаемся в рамках нашего обзора объяснить, что происходит. В частности, мы сделали прогноз, что будет в России в следующем году.

Ведущий: И что же?

Михаил Хазин: Грубо говоря, ВВП, доходы граждан, ну и так далее. Я сейчас не помню всех цифр точно…

Ведущий: Давайте основные назовем.

Михаил Хазин: Падение ВВП в районе 25 процентов. Не исключено, что мы упадем, скажем, к марту – апрелю на 30 процентов, но к концу году поднимемся на 5. Но это уже будет зависеть от адекватности политики правительства. Пока оно неадекватно, но я не исключаю, что весной правительство сменится, в том или ином варианте, и тогда оно может стать чуть-чуть более адекватно.

Ведущий: 20 процентов падения по отношению к уровню ВВП на конец года этого, да?

Михаил Хазин: Ну да, грубо говоря, на середину года, грубо говоря, май к маю падению будет минус 30, а декабрь к декабрю – 25. А если говорить о доходах граждан, то падение будет в районе 15 – 20 процентов.

Ведущий: Тоже так, год – год, да, месяц – месяц?

Михаил Хазин: Да. Но и тут понятно, что если считать месяц к месяцу – один вариант, если считать год к году, то другой. Но это бантики. Если говорить об оттоке иностранных инвестиций – 150 – 180 миллиардов долларов. Если говорить о транспортных перевозках – минус 30 процентов, о промышленности – ну, минус 20 – 25. То есть на самом деле мы оказываемся в крайне тяжелом положении. Разумеется, грубо говоря, все знаменитые результаты 2000-х годов – пресловутое удвоение ВВП – оказываются фикцией. Что, собственно, довольно естественно, потому что это были на самом деле не экономические результаты, а финансовые пузыри. А пузыри имеют тенденцию лопаться. В мире ситуация будет развиваться немножко иначе. У нас минимум спада будет в марте – апреле, и потом теоретически мы можем начать расти. Еще раз повторяю: теоретически при проведении адекватной политики. В мире, и прежде всего в Соединенных Штатах Америки, падение будет 3 – 4 года, и падение будет меньше, чем у нас, – каждый год по 12 – 15 процентов. Но суммарное падение будет больше.

Ведущий: То есть мы первыми выползаем из этой ямы?

Михаил Хазин: Я не уверен, что мы выползаем. Дело в том, что для того, чтобы говорить о выползании, необходимо предъявить модель. Грубо говоря, не просто, что выползаем, а как выползаем. А вот модели-то и нет, и это главная проблема. Что с этим делать, пока не знает человечество. Вот у меня вчера была очень интересная беседа, причем достаточно неожиданная. Меня пригласили на некоторый «мост» с Израилем телевизионный. И я не очень понимал, я думал, что там будет группа лиц из одной страны, группа лиц из другой, а оказалось, что это беседа один на один с Лайтманом, который, как известно, один из самых главных в Израиле каббалистов. И для меня было откровением, что он воспринимает ситуацию очень похоже на мою, вплоть до того, что он назвал 1995 год как некий ключевой. А для меня 95-й год – это середина срока Клинтона, это период, когда кризис для США стал необратимым, так сказать, точкой невозврата. То есть ошибки клинтоновской администрации в этом районе стали неисправимыми. И человек, у которого абсолютно другой взгляд, он не экономист, он вообще не материалист, предлагает концепцию мира, очень похожую на ту, которую я предлагаю, из абсолютно материалистической оценки экономической ситуации. Это на самом деле свидетельствует о том, что проблемы, которые скопились у человечества в целом, они носят очень объективный характер. Как только вы разными путями приходите к одной и той же точке, это очень важный показатель того, что некоторая модель, в рамках которой развивалось человечество, на самом деле в рамках двух с лишним столетий, она закончилась. Кстати, это не первый раз в истории человечества, но на исторической памяти поколений – первая. Мы не помним, что было два с половиной века тому назад, мы не помним, как зарождалась современная парадигма научно-технического прогресса, который сегодня заканчивается, а мы должны придумать новую. Но мы не знаем, как люди жили в 18-м веке. Это абстракция.

О модели выхода из кризиса

Ведущий: Ну то есть ваш институт тоже не может предложить этой модели выхода из ситуации?

Михаил Хазин: Мы работаем в этом направлении, но при этом мы совершенно четко понимаем, что придумать – это одно, а реализовать – это совсем другое. У меня в этом смысле был основной спор с Лайтманом. Он говорит: вот есть сегодняшняя точка, а есть та, которая должна быть. А я ему на это говорю: а путь?

Ведущий: Ну, извините, это какие-то почти философские вопросы мы сейчас обсуждаем.

Михаил Хазин: А вы знаете, вообще говоря, человечество так и развивается. У него есть некие моменты, когда нужно говорить не о производстве и не о количестве станков и экскаваторов, а о ценностях. Вот сейчас тот момент, когда нужно говорить о ценностях. И если мы правильно ответим на эти вопросы, то у нас не будет проблем через 20 лет с экскаваторами. А если мы ответим неправильно, то и экскаваторов не будет, и проблемы будут.

Курс российского рубля в 2009 году

Ведущий: Ну, с этой точки зрения, наверное. Вот смотрите, давайте к приземленным вещам вернемся, тем более, что именно об этом вас и спрашивают. Например, каков ваш прогноз относительно курса рубля к доллару и евро в будущем году? Первое и второе полугодие имеется в виду.

Михаил Хазин: Я считаю, и не только я, но и компания НЕОКОН, что к концу года будет курс 50 – 55, а средний по году – где-то 40 – 45.

Ведущий: Доллар?

Михаил Хазин: Рублей за доллар. Что касается евро, то он будет вторичный в зависимости от того, какой будет курс доллара к евро. Мы считаем, что если сейчас 1,4, то к концу года будет 1,15 – 1,20.

Ведущий: Предпосылки для девальвации существуют?

Михаил Хазин: Для рубля?

Ведущий: Да.

Михаил Хазин: Разумеется. Абсолютно объективная – это уменьшение российского экспорта. Абсолютно объективные предпосылки. И отток капитала. Я поэтому и произнес, когда я говорил о базовых цифрах прогноза на следующий год, «отток капитала». Это принципиально именно с точки зрения объективных оснований для девальвации.

Ведущий: Насколько резкой должна быть девальвация? Устраивают ли вас темпы девальвации нынешние?

Михаил Хазин: Ну, вы знаете, это вопрос достаточно сложный. Потому что, вообще говоря, имеются денежные власти, которые для себя применяют некоторую стратегию. Вот они ее сначала выбирают, а потом применяют. Мне кажется, что сегодня они ведут себя не совсем правильно, но, грубо говоря, когда я буду – если буду! – председателем Центробанка, я буду на этом месте принимать какие-то самостоятельные решения. Поскольку я таковым не являюсь, то чего обсуждать? Игнатьев принял некое решение. С Кудриным…

Ведущий: Давайте попытаемся оценить последствия для экономики.

Михаил Хазин: Мне кажется, что это решение не совсем правильное по совершенно банальной причине – потому что они фактически спрогнозировали инфляционные ожидания. То есть, они сказали народу: ребята, будет девальвация на протяжении многих месяцев. И народ радостно это понял и побежал из рублей в доллары.

Ведущий: Они, вероятно, защищают интересы простых граждан? Тем более, что они так говорили, а народу нужно выбрать стратегию поведения в таких условиях .

Михаил Хазин: Вы знаете, когда у нас помощник президента по экономике произносит совершенно замечательную фразу «девальвации у нас не будет, а будет постепенное ослабление рубля», то как народ должен на это реагировать?

Ведущий: Народ правильно среагировал или нет?

Михаил Хазин: У него есть некий опыт, он среагировал правильно: стал все рубли переводить в доллары. Может быть, если бы Центробанк и Минфин вели себя более адекватно, то не такое количество рублей перевели бы в доллары. В результате, кризис ликвидности был бы меньше. У банков было бы меньше проблем. На самом деле, я считаю, что вообще политика Минфина и Центробанка, она не совсем адекватна. Еще раз повторяю – это мое личное мнение. Вот я считаю, что в условиях кризиса и правительство, и Минфин должны себя вести иначе. У меня есть некий опыт 96-го, 95-го, 98-го годов…

Ведущий: Вот я и пытаюсь понять, как должны вести себя правительство, ЦБ, Минфин?

Михаил Хазин: А вот на этот вопрос ответа нет по очень простой причине.

Ведущий: Вы знаете, что это неправильно, а как правильно, не знаете?

Михаил Хазин: Нет! Я знаю, как правильно. Но это я знаю, как правильно!

Ведущий: Мне интересно ваше мнение.

Михаил Хазин: А! А я его не скажу и по очень простой причине. Дело в том, что для того, чтобы человек мог для себя сформулировать позицию по антикризисной политике, он должен иметь в голове модель кризиса, адекватную. У меня эта модель существует, она описана во многих работах еще в 2000-м году, в 2001-м…

О необходимых действиях для выхода из кризиса

Ведущий: Но вы не…

Михаил Хазин: Сейчас скажу. В 2006-м я написал большой текст под названием «Кудрин готовит новый дефолт». В деталях описал, что будет происходить. И то, что мы сейчас имеем, это было описано еще два с лишним года тому назад. Но! Представим себе на секундочку, что я сегодня пишу этот текст: сначала нужно делать «а», потом «в», потом «с». Не что происходит, а что нужно делать. Дальше, соответственно, этот текст попадает в руки кого-то там.

Ведущий: К Кудрину?

Михаил Хазин: К Кудрину, я не боюсь этого слова. И Кудрин говорит: смотрите, пункт «а» в учебниках не описан и не нравится моим друзьям, вот, Васе Пупкину, который крупный банкир. Пункт «в», наоборот, мне очень нравится. А пункт «с» мне тоже не очень нравится, поэтому, давайте, мы не будем делать «а» и «с», а будем делать только «в».

Ведущий: Вы боитесь, что ваши мысли будут использованы не в полном объеме?

Михаил Хазин: Дело не в том, что не в полном объеме. Дело в том, – еще раз повторяю – что есть некая модель, целостная, системная, которая требует некого набора действий. Если из него выбрать отдельные кусочки, то, во-первых, не будет позитивного эффекта, а, во-вторых, более того, сами по себе эти возможности, которые сегодня можно использовать, они будут ликвидированы.

Ведущий: Слушайте, а почему бы не огласить этот план действий? А потом сравнить: вот это было сделано правительством, а вот это не было сделано… Еще раз показать, что экономист Хазин предсказал то-то или то-то.

Михаил Хазин: Знаете, я совершенно не ставлю своей целью продемонстрировать всем, что я могу чего-то предсказать.

Ведущий: Но пока вы не говорите ничего?

Михаил Хазин: Я уже достаточно много чего предсказал, очень много чего. В 96-м году я, будучи начальником Департамента кредитной политики Министерства экономики, написал доклад о причинах…

Ведущий: Извините, пожалуйста, но давайте, не будем делать экскурс в историю. Что нужно делать? У вас есть ответ на этот вопрос: что нужно делать правительству?

Михаил Хазин: Вы что хотите, чтобы я вам сказал, что нужно делать правительству?

Ведущий: Ну, конечно.

Михаил Хазин: У меня есть мои личные представления о том, что бы я делал, будучи министром экономики или министром финансов. Давайте, я стану министром, тогда будем разговаривать.

Ведущий: А как вы станете министром финансов, если вы не можете представить свои программу, свои мысли? Как поймут люди, что именно вы должны стать министром?

Михаил Хазин: У меня, в отличие от Кудрина и Игнатьева, есть модель кризиса. У меня она есть, и она описана. А у них нету! Они не могут объяснить. Они еще три месяца назад заявляли, что этого кризиса быть не может. А я объяснял, что он будет, еще в 2001-м году! Вот разница.

Ведущий: Мне хотелось бы тогда получить ваш прогноз относительно цен на нефть в будущем году. Как цены на нефть будут коррелироваться со всем, что будет происходить?

Михаил Хазин: Вообще говоря, цены на нефть будут стремиться, скорее всего, к диапазону 20-25 долларов за баррель в нынешних ценах. Говорить о том, сколько они будут в цифрах, собственно в номинале, скажем, в конце следующего года, невозможно, потому что мы не знаем инфляцию по доллару. Но если знать инфляцию по доллару и привести к фиксированным ценам, то это будет диапазон 20 – 25. По смеси брент.

Долларовая инфляция

Ведущий: Но вы рассматриваете вероятность развития событий по инфляции по доллару?

Михаил Хазин: По инфляции по доллару… Это очень субъективная вещь, очень во многом зависит от политики администрации Обамы. А политика администрации Обамы может быть разной. И в этом смысле я не могу обещать вам, что инфляция будет, скажем так, 25 процентов или 10. Но то, что она будет выше 10 процентов – это почти наверняка. Но нужно при этом учитывать, что в США сейчас очень серьезную роль играют дефляционные эффекты, связанные с падением спроса. А спрос будет продолжать падать. Поэтому говорить об инфляции очень трудно. В частности, например, в разных секторах американской экономики инфляция будет сильно разной. То есть, иными словами, невозможно дать прогноз. Он слишком вариативный. Вот по нефти я могу сказать. Еще раз повторяю, что я считаю, что к концу года мы будет идти… Если сегодня цена на нефть составляет, условно говоря, 30 долларов, то она будет примерно падать, там 35-40.

Ведущий: Что это будет означать для бюджета?

Михаил Хазин: А для бюджета это будет означать крайне большие проблемы. Я считаю, что бюджет у нас будет дефицитный. Дефицит будет как минимум около 10 процентов от ВВП. Если будет попытка правительства затыкать дыры за счет бюджетных социальных расходов, то и 15 процентов ВВП. Опять-таки, еще раз повторяю: эта цифра будет 10-15. Она взята не с неба, это некий прогноз, рассчитанный в рамках оценки, которая проведена не мной, а компанией, которая… Там достаточно много народу ведь это считает!

Ведущий: Давайте попытаемся оценить некоторые действия правительства, которые уже предприняты. На минувшей неделе появился список почти из 300 предприятий, которым, по всей видимости, будет оказана государственная поддержка, которые будут профинансированы из госбюджета. Как вы вообще оцениваете этот шаг?

Михаил Хазин: Я не завидую этим компаниям. Они не могут публично объявлять, что у них проблемы, потому что они попали в список. А что касается получения денег, то я не верю, что они их получат. Дело в том, что кроме объективных проблем, существуют еще и субъективные. Существует правительство, в нем существуют отдельные министерства, отдельные министры, между которыми существует достаточно острая конкуренция. Одна из них более остро, причем исторически уже много лет – между Министерством экономики и Министерством финансов. Традиционно за финансовый сектор отвечает Министерство финансов, а за реальный сектор у нас отвечает министерство экономики. Набиуллина и Кудрин. Я считаю, что до тех пор, пока Кудрин министр финансов, а он политически, безусловно, куда более весомая фигура сегодня, при нынешнем премьере, чем любой министр экономики – вообще любой! – реальный сектор ничего получить из бюджета не может. Но это личное мнение, как человека, который немножко разбирается.

Ведущий: Вообще не дойдут до предприятий?

Михаил Хазин: Я считаю, что их просто никто выделять не будет.

Ведущий: К чему это приведет?

Михаил Хазин: Как к чему? Собственно, уже привело. Неплатежи, дефициты бюджетов. Налоги не платят, особенно региональные предприятия. Причем, не платят вполне целенаправленно. Причем, психология достаточно понятная. Вот вы руководитель, у вас там 200 человек, средний бизнес. Вам теоретически надо бы платить налоги, но не хочется. Никогда не хочется. Но в прежние времена приходилось, а теперь вы идете к главе района или региона и говорите: Ну, смотри, парень. Либо ты даешь команду своей налоговой инспекции, чтобы она заткнулась и не появлялась у нас – и тогда я работаю и кормлю своих 200 человек сотрудников. А если ты ее на нас натравишь, я не будут ничего платить, потому что я все равно платить не будут. Я просто объявлю банкротство, и эти 200 человек завтра придут к тебе, к твоим дверям, и будут орать, чтобы ты им дал денег. Выбирай.

Стратегия поведения на валютном рынке

Ведущий: Михаил Хазин. Последний, наверное, вопрос в этой части эфира. Все-таки люди пытаются узнать ваше мнение относительно стратегии их поведения на валютном рынке. Вот есть сбережения какие-то у людей, скажем, до миллиона рублей. Часть хранится в банке, часть в кубышке. Что делать – оставаться в рублях, переходить в доллар, евро?

Михаил Хазин: Я достаточно жестко отношусь к этой ситуации – я не даю частных советов. Потому что это неправильно. Есть такая замечательная поговорка: темна украинская ночь, но сало нужно перепрятать. Если у человека есть потребность каждую ночь перепрятывать сало, то пускай он этим занимается без моей помощи. Что касается абстрактных советов, то я уже сказал. На сегодня имеет место объективная тенденция девальвации рубля, поэтому с объективной точки зрения в ближайшие 2-3 месяца, может быть, 4-5, но скорее 2-3, имеет смысл те рубли, которые имеются, переложить в доллары или в евро. И неважно куда. Через 2-3 месяца я не исключаю, что более правильно будет уйти обратно в рубли.

Ведущий: Михаил Хазин, экономист, президент консалтинговой компании НЕОКОН. Всего доброго!

30.12.2008

Источник:Эхо Москвы

Метки:, , , , , , ,
Рубрика: Мнения | Нет комментариев »

Михаил Хазин. 2 разных кризиса. Личные финансы. Крах доллара.

10.05.2009

Ведущий: У нас известный экономист Михаил Хазин. Доброе утро!

Михаил Хазин: Доброе утро.

Кризис избытка денег в США и Европе. Кризис недостатка денег в России.

Ведущий: Михаил Леонидович, у нас очень много вопросов к Вам. Один из основных касается цен и инфляции. В США в период кризиса регулярно падает инфляция, и в еврозоне за 12 месяцев она снизилась с 3,7% до 2,3%, а в России инфляция, несмотря на кризис, растёт, растут и цены на товары в магазинах, в отличие от Америки и Европы, где ценники постоянно переписываются. Как так получается, что во всем мире кризис приводит к падению цен, а в России – к росту.

Михаил Хазин: Кризис у нас и кризис в мире – совершенно разный. В США, в Европе и во всем мире это кризис избытка денег, а у нас недостатка денег. И в этом смысле сравнивать невозможно. Кроме того, надо учесть, что в нашей стране совершенно другой механизм ценообразования и работают другие механизмы. На Западе на большинстве потребительских рынках имеется довольно мощная конкуренция, которая заставляет при снижении спроса падать ценам. В нашей стране имеет место сильная монополизация. Монополисты не любят снижать цены, что бы там не случилось. Кроме того, существуют достаточно жесткие ограничения. Существует такое понятие, как «постоянные издержки». Это издержки, которые несёт торговля, независимо от уровня цен и от кризиса. Грубо говоря, владельцы торговых площадей должны платить дань СЭС, пожарным, чиновникам и всем остальным, независимо от того, какие цены. Наоборот – чем сильнее кризис, тем выше эта дань, потому, что чиновники хотят жить хорошо, и такая мелочь, как кризис, их волнует мало.

Ведущий: То есть, независимо от кризиса мы всё равно будем понимать дорого. Дефляция нам не грозит. Вы понимаете, что мы как потребители рассуждаем, и надеемся, что в магазинах мы отметим хоть какое-то снижение цен.

Михаил Хазин: Нет, кое в чём у нас есть снижение цен. Например, цены на автомобили падает.

Ведущий: «Тойота» и ВАЗ дорожает. Это где падает, где нет.

Михаил Хазин: На квартиры падает, кстати. Даже в Москве.

Как сохранить личные финансы.

Ведущий: На квартиры – это правда. Я хочу задать несколько вопросов от наших слушателей. Один из них повторяется в разных вариациях. «Были планы в начале 2009 года продать машину, добавить деньги, купить новую. Сейчас оказалось, что старую продать практически невозможно, скопленная сумма зависает на неопределенный срок. Скажите, как сохранить деньги до миллиона». «Михаил, во что нужно вкладываться, чтобы сохранить хоть часть дохода?» «Расскажите, как распорядиться ежемесячными доходами остается от трат порядка 40 тысяч в месяц?»

Михаил Хазин: Дать универсальный ответ невозможно. Это зависит от колоссального количества факторов, в т.ч. от темперамента владельца. Есть такая шутка – темна украинская ночь, но сало нужно перепрятать. Если вы хотите каждую ночь перепрятывать сало, то никакого рецепта нормального вам не дать. А желание перепрятать никак не связано с экономическими обстоятельствами. Сегодня рубль будет падать. И ЦБ, и правительство это нам уже последние две недели говорят, хотя это было известно пару месяцев назад. Я не понимаю их политики, им бы надо было девальвировать рубль быстро и после этого не допускать, чтобы граждане из рублей переходили в валюту. Вместо этого они рубль…

О возможном запрете конвертации валюты.

Ведущий: Я прошу прощения, я хочу остановиться на этом месте – не позволять гражданам переводить. То есть, запретить продажу валюты?

Михаил Хазин: Я не исключаю, что что-то в этом роде будет. Разумеется, в полном объеме это не получится, потому, что есть обязательства перед МВФ, есть международное соглашение, но, например, в США эта проблема решена радикальным способом. Там невозможно гражданину, если он не живёт в Нью-Йорке или Лос-Анджелесе, невозможно купить что-то, кроме доллара. Например, ЦБ может взять и отобрать валютную лицензию всех банков, кроме трёх. А Сбербанку запретить конвертировать валюту. Зачем вам валюта? Вы же в России живёте!

Ведущий: Мне кажется, что чёрный рынок валюты будет.

Михаил Хазин: Чёрный рынок, но на нём довольно высоки издержки, т.е. стоит ли переходить в валюту, чтобы выиграть 20%, если эти 20% вы должны будете отдать перекупщику?

Ведущий: Я видел такую же ситуацию в Туркмении, там так и было. Все продавали и скупали доллары.

Михаил Хазин: Что я могу сказать? В реальности, сегодня, если говорить об активах долгосрочных, т.е. на 3-5 лет, то я по-прежнему считаю, что интересным является золото. Но физическое, не золотые счета в банках, а физическое золото, монеты. Имеются люди, которые со мной не согласны. Что касается краткосрочные – 3-4 месяца, то сегодня, конечно, это валюта. Причём, совершенно неважно какая – доллар или евро. Они будут друг относительно друга колебаться, но и та, и другая будет расти относительно рубля.

Крах доллара.

Ведущий: Наши читатели замечают, что Вы раньше высказывались про крах доллара. Александр, менеджер из Москвы спрашивает, когда он окончательно рухнет? За 40 секунд это можно сказать?

Михаил Хазин: Дело в том, что когда я говорил о крахе доллара, я имел в виду крах мировой долларовой системы. Доллар перестанет быть мировой валютой. И это крах. А кросс-курс в рамках валютообменных операций может быть самым разным. Кому интересен сегодня курс монгольского тугрика? Никому.

Ведущий: Понятно. Спасибо Вам большое. Михаил Хазин – известный экономист – был сегодня экспертом в нашей программе «Кредит доверия».

03.12.2008

Источник:Эхо Москвы

Метки:, , , , , ,
Рубрика: Мнения | Нет комментариев »

Михаил Хазин. Цена на Газ. Бюджет России. Девальвация рубля.

10.05.2009

Ведущий: С нами Михаил Хазин, известный экономист, президент консалтинговой компании НЕОКОН. Доброе утро, Михаил!

Михаил Хазин: Доброе утро!

Цена на газ.

Ведущий: Есть масса вопросов, как всегда. Давайте нестандартно начнем. Мы все больше про нефть разговаривает, про прогнозы, бюджеты, а сегодня решили про газ. Потому что ряд экспертов сходится во мнении, что вслед за нефтью начнет дешеветь и газ. Согласны вы с этими экспертами, и если да, то ваш прогноз.

Михаил Хазин: Если говорить по Европе, то не может не дешеветь, потому что там есть привязка цены на газ к цене на нефть. В этом случае падение цены неизбежно. Существует чисто экономическая специфика там – теплотворная способность определенного количества газа равна теплотворной способности некоего количества мазута. Поскольку большое количество электростанций, которые работаю на газе, а также котельных могут быть достаточно легко с газа переведены на мазут, уж в России точно, то, соответственно, имеется и такая привязка. Так что падением цены на газ абсолютно неизбежно.

Проблемы региональных и федерального бюджетов в России.

Ведущий: А что в этой связи с Россией можно предположить? Что это для нас важно и серьезно, тяжело или, наоборот, хорошо?

Михаил Хазин: С точки зрения экономики, с точки зрения текущего состояния бюджета – я прошу прощения , что я употребил слово, которое вы сегодня не хотели употреблять – конечно, это плохо. Потому что не очень понятно, как этот самый бюджет пополнять и за счет чего. Я думаю, что уже в этом году уже начались проблемы с региональными бюджетами. Прежде всего потому, что резко упала собираемость по налогам. В следующем году будет еще хуже, и в том числе с федеральным. Но проблема-то вот в чем. Мы на протяжении 5-6 лет настолько были рады, что у нас колоссальное количество денег, что кидали их направо и налево, никакими реформами вообще не занимались. А в условиях того кризиса, который мы получили – своими руками, между прочим! – может быть, у нас будет время подумать. Тогда, в 98-99 году у нас очень быстро начался рост. Очень быстро! В результате мы в правительство вернули либералов уже меньше, чем через год – в мае 99-го – оно был убрано, правительство Примакова, в Центральный банк мы вернули либералов в 2002 году. С тех пор объективные экономические показатели нашей экономики все время ухудшались. Но мы заливали экономику дешевыми деньгами, полученными от нефтяного и газового экспорта. Сейчас можно смело сказать, что тот кризис, который был в 98-м году, то состояние экономики, которое было в конце 98-го года и которое мы получим весной следующего года где-то в марте-апреле, продлится долго. Это значит, что есть шанс получить некую политическую волю на реальные изменения той базы экономической, которую строили наши либерал-реформаторы все 90-е, да и в общем 2000-е годы.

Ведущий: Михаил, но это скорее политические последствия возможные вы анализируете. Разумеется, экономические тоже воспоследуют, но как еще одно следствие, да?

Михаил Хазин: А дело в том, что это тот случай, когда они неотделимы. Кстати, в Соединенных Штатах Америки та же проблема, и вообще в мире. Уже все поняли, что ничего хорошего в ближайшее время не будет нигде. Но принять политическое решение еще не готовы. Потому что политические элиты слишком тесно привязаны к старой модели. В этом смысле у нас есть шанс, потому что мы дойдем до минимума намного раньше, чем они. И поэтому не исключено, что если мы такие решения примем, у нас будет примерно 2-3 года, в течение которых мы сможем уже расти. А они будут еще падать. И этот лаг надо использовать.

Ведущий: Понятно. Интересно также было бы выслушать ваше мнение, – поскольку мы сегодня заговорили на относительно новую для нас тему о взаимосвязи падения цен на нефть с падением цен на газ – что вы думаете о связи этого с возможной девальвацией или поддержкой курса рубля? Потому что, в общем, эти темы находятся в связке. Вот вчера Всемирный Банк заявлял, что лучше отпустить рубль и, соответственно, ориентироваться на нынешние цены на нефть, а позиция наших элит в том, что лучше наоборот – цены на нефть мы переждем, а рубль сейчас поддержим.

Михаил Хазин: Тут есть несколько мифов. Во-первых, я считаю, что слушать Мировой банк после всех его ошибок последних 15-20 лет – это идиотизм. Пускай они вещают все, что хотят, их слова к реальности не имеют никакого отношения. Нет ни одного прогноза их для России, который был бы адекватен. Все их рекомендации, как и МВФ, оказались категорически неверными.

Ведущий: А если смотреть на эту проблему вне МВФ и всемирного Банка?

Михаил Хазин: Если рассматривать ситуацию по России, то российская элита до сих свято уверена, что имеет место циклический кризис, и через полгода – максимум через год – цены на нефть начнут расти. Это неверно! Кризис экономики мировой, носит структурный характер, и быстро не рассосется, как это было, например в 30-е годы в Соединенных Штатах Америки. На самом деле, под этим лежит еще более глубокая подоплека, но мы ее сейчас обсуждать не будем. По этой причине нужно отдавать себе отчет, что держать рубль высоким это значит просто выкидывать на ветер оставшиеся у нас пока еще резервы. Кроме того, если мы хотим все-таки запустить экономику с минимумом, который будет в марте-апреле, то нам нужно резко девальвировать рубль, как это было в 98-м – начале 99- года.

О девальвации российского рубля.

Ведущий: Насколько это реально, как вам кажется?

Михаил Хазин: Это произойдет де-факто. Я думаю, что Центральный банк уже внутренне сломался и ждет только момента. А вот насколько он девальвирует рубль – на 30 процентов, в два раза или в три – это вопрос , ответа на который пока нет. Но если девальвирует на 30 процентов, то потом через несколько месяцев придется еще девальвировать.

Ведущий: О каких сроках примерно может идти речь, если вы так уверены, что это все же произойдет?

Михаил Хазин: Еще раз говорю, что у меня есть ощущение, что какую-то девальвацию они проведут буквально в окрестностях Нового года. Если говорить совсем цинично – за 15 минут до окончания последнего рабочего дня этого года или в первые 10 минут первого рабочего дня следующего года.

Ведущий: То есть, где-то в районе обращения президента …

Михаил Хазин: Я сказал «рабочего», потому что президент все-таки обращается 31 декабря. А, соответственно, если этого будет недостаточно, то будут девальвировать к марту-апрелю. Нужно понимать, что на самом деле, до сих пор у нас денег хватало, потому что нефтяные деньги мы продолжаем получать. Там лаг 3 месяца. Ведь мы сейчас получаем сентябрьские нефтяные деньги, а в сентябре цена на нефть была еще 90. А вот сразу после Нового года объем нефтяных денег, попадающих в бюджет, резко сократится. Поэтому решение им принимать придется – никуда они не денутся – до конца января – начала февраля.

Ведущий: Понятно. Большое вам спасибо. Очень интересная беседа получилась, я думаю, содержательная. Хотя вас прогноз получился довольно категоричный.

Михаил Хазин: Ну, я имею некоторый опыт ситуации. Она очень похожа на ту, которая была в 97-98 году.

Ведущий: Ну, разумеется, ваша точка зрения. Спасибо вам большое. У нас в эфире был Михаил Хазин, известный экономист, президент консалтинговой компании НЕОКОН.

23.12.2008

Источник:Эхо Москвы

Метки:, , , ,
Рубрика: Мнения | Нет комментариев »

Михаил Хазин: Золото. План Обмамы. Спад Экономики. Девальвация Рубля.

09.05.2009

Ведущий: Приветствую вас в студии «Эха Москвы». Это Алексей Осин. И представляю нашего гостя. Михаил Хазин, экономист, президент консалтинговой компании НЕОКОН. Здравствуйте, Михаил.

Михаил Хазин: Добрый вечер.

Золото – единая мера стоимости. Отсутсвие альтернативы золоту.

Ведущий: Ну, будем сегодня, наверное, говорить, большинство вопросов из тех, что нам прислали, касаются нескольких, очень важных вещей. Ну вот, в частности, некий гражданин – я сейчас не помню, как его звать – но тем не менее рассказывает историю, что в Стамбуле, например, гражданам продают в обменных пунктах золотые монеты высокой пробы, которые затем можно с небольшим процентом потери продать обратно и получить те или иные денежные знаки любого достоинства, которого он считает нужным. Почему процент золота в золотовалютных резервах нашей страны столь низок? И вообще, каков он?

Михаил Хазин: Вообще говоря, тема золота – одна из ключевых тем во всей современной экономике. Связано это вот с чем. Дело в том, что до начала XX века, ну, где-то так, примерно до 30-х годов, до начала Второй мировой войны золото было единой мерой стоимости. И любая вещь имела цену лишь постольку, поскольку ее можно было обменять на золото. Однако, после Второй мировой войны, а именно с 1994-го года в качестве аналога золота выступал американский доллар – это были так называемые Бреттон-Вудские соглашения. В 1971 году Соединенные Штаты Америки объявили дефолт по доллару, отказавшись от его золотого содержания. И с тех пор единой мерой стоимости в мире является доллар, не обеспеченный ничем. Тот кризис, который мы сегодня видим, во многом является кризисом неограниченной эмиссии доллара последние 28 лет, начиная с 1981-го года, с эпохи президента Рейгана, с так называемой политики рейгономики. И специфика современной ситуации, во многом, объясняется тем, что постепенно, очень медленно происходит возврат золота на позиции единой меры стоимости. Да, разумеется, золота мало, оно не может заменить доллар в обороте. Да, разумеется, экономика сегодня разительно отличается от той экономики, которая была даже в 70-е годы – не то, что в начале XX века. Но тем не менее, на сегодня никакой альтернативы золоту, в общем, не просматривается.

Ведущий: То есть покупайте по мере возможности?

Михаил Хазин: Это вопрос сложный, и вот по чему. Дело в том, что во многих странах мира золото облагается налогами, если это, например, слитки. В нашей стране (прим. Россия) на слитки налагается НДС 18%. Нужно, правда, учесть, что этот НДС взимается только в том случае, если вы взяли золото из того банка, в котором вы его купили. Если вы его купили и оно лежит в банке, то в этом случае НДС не взимается. С инвестиционных монет НДС вообще не взимается. А золото сегодня – это, конечно, индивидуальный инструмент долгосрочного накопления. Я уже рассказывал здесь, и повторю еще раз – что я когда-то, несколько лет тому назад объяснял тем людям, которые меня спрашивали, что оптимальный пенсионный план сегодня – это не вложение в какие-то ценные бумаги, что, правда, на тот момент казалось смешным, поскольку все страшно росло. А, например, покупка с каждой зарплаты одной золотой монеты, одного победоносца.

Золото – способ сбережения в долгосрочной перспективе.

Ведущий: Золотые десятки, как у Булгакова?

Михаил Хазин: Да-да-да, совершенно верно. Потому что можно спорить о том, будет ли золото сильно расти или чуть-чуть расти или, может быть, чуть-чуть падать, но про него точно понятно, что оно сильно не упадет. И по золоту всегда был рынок. Даже в СССР царские десятки еще в 70-е годы торговались. Более того, я не знаю случаев, чтобы люди, которые продавали десятки, которые им достались от бабушек и дедушек, были бы наказаны. То есть такой вот был способ держать свои сбережения.

Ведущий: Ну, хорошо. А на операциях тут не больше потеряешь, на суете? Потому что люди, которые не очень хорошо понимают, они, вот, когда вкладывают в доллары, в евро, в золото, потом обратно – и могут потерять на этом.

Михаил Хазин: А вот этого делать не надо. С золотом нельзя суетиться. Я понимаю, что «темна украинская ночь, но сало нужно перепрятать». А те люди, которые все время перепрятывают – они и теряют на транзакциях довольно много. А если вы купили золотые монеты 3 года тому назад при цене золота 300 долларов за тройскую унцию и продали сегодня по цене 990 долларов за тройскую унцию, вы существенно выиграли. Разумеется, если вы купите золото сегодня, выигрыш будет меньше. Но тем не менее, скорее всего, он будет, и самое главное – почти исключены риски обесценения. Вот, покупая доллары или евро, вы рискуете попасть в экономический коллапс, при котором эти валюты упадут, там, в 2-3 раза. Кроме того, вы же их не будете держать в бумажках дома, вы их будете хранить в банке – там есть свои проблемы, и так далее. и тому подобное. А если очень нужны живые деньги, то, в конце концов, если эти же монеты лежат в банковском сейфе, то под них можно взять кредит.

Ведущий: Так, секундочку. Тогда что такое «инвестиционная монета» для обывателя? И где их продают?

Михаил Хазин: В Сбербанке. Ну, из наиболее крупных банков, которые у нас работают, – это Сбербанк, это Номос, это, по-моему, Абсолют, еще несколько. Просто вы приходите – в Сбере они просто на витрине лежат: вы приходите – там лежат монетки. «Можно купить?» Вам говорят: «Можно». Разумеется, тут надо проявлять бдительность. Иногда локальные цены оказываются выше, чем среднерыночные, иногда вам неправильно оформляют документы, а в этом случае, когда вы продаете. Значит, если вы купили золотую монету и у вас есть документ о покупке, а потом вы ее продали с выигрышем, то вы налог платите с разницы, налог на прибыль. А если вы купили монету без документов и ее продаете, то налог вы платите за прибыль со всей суммы. То есть тут надо проявлять некоторую бдительность, но она, в общем, достаточно ограничена.

Почему доверяют доллару. План Обамы.

Ведущий: Хорошо. Тогда чуть-чуть к другой теме. Вот что мне всегда было – опять-таки, как обыватель, задаю, может быть, дурацкие вопросы – но я думаю, что эти вопросы – они у многих рождаются. Вот смотрите вы – я, кстати, прочитал ваши заметки довольно давно уже, и сейчас вот, к счастью, познакомился лично. Вот та самая масса долларов, вы писали о 600 триллионах, которые бродят по миру. Может быть, я неправильно запомнил цифру, но не в этом дело. Факт, что вы говорили, что они не обеспечены ничем после соответствующих событий в американской экономике. Почему тогда доверяют доллару, почему он растет?

Михаил Хазин: А ровно потому, что вся модель построена на долларе. Условно говоря, ваш дом построен на каркасе из дерева. Каркас начинает гнить. Но вы же не можете ничего сделать, пока вы живете в этом доме. То есть понятно, что в некий момент нужно уходить и дом ломать или ставить его на капитальный ремонт. Но пока еще система существует. Вот то, что происходит сегодня, это очень быстрое разрушение вот этого вот каркаса – доллар. Это происходит очень быстро, у нас, буквально, на глазах. В частности, время очень сильно сжимается. Еще 2 недели тому назад я считал, что Соединенные Штаты Америки смогут более-менее благополучно дотянуть до осени этого года. Потому что сейчас они начнут реализовывать план Обамы, выкинут очень много денег в экономику, стимулируют спрос. За счет стимулирования спроса увеличат ВВП и выйдут формально в положительную зону во 2-м квартале этого года. И только в 3-м квартале, когда уже разгоняющаяся инфляция снова начнет уменьшать спрос, начнется обвал. Ну, собственно, как и было в этом году – там тоже во 2-м квартале было вроде ничего, а в 3-м начался обвал. Но план Обамы продемонстрировал свою слабость, потому что денег мало, там, 800 миллиардов долларов на 2 года – это мало, нужно, как минимум, 1,5 триллиона на полгода на ближайшие. И по этой причине я даже не уверен, что они смогут вывести, как бы, разогнать инфляцию. То есть я не исключаю, что они так и будут сидеть в дефляционном сжатии – у них сейчас падает спрос, и в результате падают цены. При этом Обама совершил очень серьезную ошибку, которая может ему очень дорого стоить. Дело в том, что в Конгрессе США есть ответственные люди. Нужно понимать, что вообще политика – это вещь специфическая, это продажа избирателю себя. И там, как бы, бывают люди артистичные, которые себя продают безответственно. А есть люди, которые ответственные, и они стали задавать вопросы, ровно те вопросы, ответа на которые мы не можем получить от нашего правительства – «А зачем вы делаете то-то или то-то?» Вот я не могу добиться от правительства ответа на вопрос, зачем оно держит рубль?

Ведущий: А, еще держит все-таки?

Михаил Хазин: Ну, пока держит. 36, да. Вот, зачем? Но ответа нету, оно просто не в состоянии объяснить.

Ведущий: Нет, ну, они объясняют это, пардон. Они говорят, что хотят сохранить доверие, удержать банковскую систему, сохранить доверие к рублю, не допустить паники – это, наверное, дорогого стоит, может, какие-то деньги можно потратить.

Михаил Хазин: Но вы меня извините, если народ понимает, что рубль будет еще падать, какое же доверие к рублю? Вот если они понимают, что рубль упал и дальше будет только расти, вот тут-то и появится доверие.

План Обамы не работает.

Ведущий: А как это понять?

Михаил Хазин: Давайте чуть-чуть позже мы к рублю, давайте сначала про Обаму поговорим. Так вот, Конгресс стал задавать вопросы. И вопросы грамотные. Не все из них мы знаем, но в этот момент Обама, у которого образ спасителя отечества, произнес очень жесткую речь. Говорит: «Я, у меня есть план, я гарантирую, что все будет хорошо, и Конгресс, если он не враг отечества, должен этот план принять». Если бы с такой речью обратился бы к Конгрессу, там, Никсон или кто-нибудь еще, то это бы вызвало, скорее всего, очень острую негативную реакцию. Но Обаме, в его сегодняшнем статусе, решили не отказывать. И Конгресс принял план Обамы. В результате уже на прошлой неделе все поняли, что план не сработал. В результате посыпался Фондовый рынок, вчера они достигли 12-летнего минимума – ниже, чем было после 11 сентября 2001-го года. И, в общем, все понимают, что рынок будет сыпаться дальше. Ну, сегодня с утра, с их утра был некий отскок, но рынок никогда не падает монотонно. Я думаю, что все это будет продолжаться, потому что данные по потребительскому доверию, которые сегодня вышли, – исторический минимум, очередной, с момента наблюдения. А Обама продемонстрировал свою безответственность, и его рейтинг стал падать. Реально. То есть это уже не статистические погрешности, это реальное падение рейтинга: он продемонстрировал, что для него вот эти вот пиар-заморочки важнее, чем содержание той ситуации, в которой он находится. И я склонен считать, что ровно из-за того, что денег не хватит, проблемы начнутся не осенью, а уже в апреле-мае.

Необходимость большей девальвации российского рубля.

Ведущий: Ну, то есть вы стоите на позициях, что нужно и Обаме, и Медведеву, соответственно, выйти к стране и сказать: «Вот давайте сейчас обрушим все, рубль до 50-60, к примеру, или доллар, что-то сделать», ну, в общем найти этот минимум, низ вот этот, да? И оттуда уже начать.

Михаил Хазин: Для России нужно найти минимум. При этом, вот, понимаете, в чем основная проблема по рублю? Вот для чего поднимать рубль, я не знаю. Для чего его держать – тоже не понимаю. Потому что единственное объяснение, которое нам предлагается, это объяснение такое: что вот-вот кризис закончится, тогда пойдут иностранные инвестиции, и для этого хорошо бы, чтобы рубль был высокий, для иностранных инвестиций.

Когда закончится спад экономики в мире.

Ведущий: Да, они собой будут заниматься, прежде всего, если закончится.

Михаил Хазин: Во-первых, он не закончится ближайшие 3-4-5 лет точно. То есть будет спад вот этот вот. Через 3-4 года будет достигнут некий минимум, я имею в виду экономику западную. Но дальше, вполне возможно, начнется другой спад, по другому механизму. Потому что мы не знаем, как будет устроена экономика. Мир, современная экономика падение такого масштаба не переживала. Поэтому прецедентов нету, мы не знаем, как это будет выглядеть – можно только строить гипотезы такие, умозаключения. А вот что касается России, то проблема России понятна: в мире немеряное количество лишних денег, которые американцы напечатали и которые сейчас исчезают. Их бы надо куда-то вложить. Но в Россию никто не вложит, потому что в России невероятно низкая рентабельность экономики. Грубо говоря, вложение в сегодняшнюю российскую экономику не может принести прибыль в принципе. У нас была рентабельность экономики в целом за счет высоких цен на энергоносители. Они упали – упала рентабельность. Теоретически можно заниматься структурными реформами с целью увеличения рентабельности российской экономики. Но это долго и сложно. И нынешнее правительство такой вопрос даже не ставит – оно просто не понимает этого. Но есть очень простой способ повысить рентабельность экономики, макроэкономический – это девальвировать рубль. И когда я говорю о том, что надо девальвировать рубль, то я объясняю, почему. Я считаю, что девальвация рубля приведет к увеличению рентабельности российской экономики и осмысленности вложений в нее.

Ведущий: Ну да, будет спрос на российское, потому что иностранное очень дорого.

Михаил Хазин: Конечно! При этом в России есть колоссальное количество мест, куда можно вложить деньги, с получением прибыли. Чего в мире нету. Понимаете, во всем мире дороги построены, мосты построены, инфраструктура есть, а у нас ее нету. То есть можно вкладывать деньги, а потом пускай маленькую копеечку, но собирать. И это будет вполне себе рентабельно. Да, все привыкли к 300% прибыли на финансовом рынке, ну, к 50-ти. А тут будет полпроцента прибыли. Но это будет прибыль, а не минус, как просто сейчас лежат деньги в банке, доходность 3%, инфляция – 10. Ну, минус 7% результат. И так у всех. Но для этого надо, как бы, изменить радикально модель экономической политики. А вот этого пока не заметно. И поэтому вот этот вот вопрос «Для чего?» – вот для чего мы делаем то, для чего мы делаем это?

Ведущий: Ну, все равно, рано или поздно, рубль до этой самой отметки докатится, до которой ему суждено докатиться. Ну, пусть не сейчас, пусть через какое-то время. Что еще нужно делать? Это само произойдет, правительство хочет – не хочет, мы потеряем какую-то часть золотовалютного резерва. Дальше-то что помимо падения рубля?

Ошибки правительства России.

Михаил Хазин: Вызнаете, дальше начинается конкретика, с которой очень сложно работать, потому что нужно писать, что называется, комплексный план. Поскольку ресурсов ограниченное количество, поскольку действия в одном направлении иногда противоречат действиям в другом. То есть их нельзя делать одновременно, нужно сначала одно, а потом другое. То есть, есть варианты: либо сначала «а», потом «б», либо сначала «б», потом «а» – вот одновременно нельзя. То для того, чтобы сделать, реально предъявить некоторый набор мер, нужно написать некоторую комплексную программу. У этой программы должен быть заказчик. И этот заказчик должен дать техзадание, вот ровно то самое, о чем я говорил. То есть мы хотим программу, которая увеличит рентабельность российской экономики с нынешних минус 0,5% до 3%. Можно такую программу написать? Можно. Садится группа лиц и, соответственно, пишет ее какое-то время, там, 3 месяца, полгода. Разумеется, если взять другую группу лиц, они могут написать под это же техзадание немножко другую программу. Но пока нету заказчика, никто не предъявляет техзаданий. Пока идет банальный распил тех ресурсов, которые еще есть: вот давайте этим дадим чуть-чуть, этим дадим чуть-чуть, ну, этим же нельзя не дать? Они правильные. Этим нельзя не дать? Они правильные. Ну, и так далее. Уже понятно, что денег на всех не хватит. Уже начали кому-то отказывать. Это, безусловно, вызывает очень острую напряженность. Безусловно, мы продолжаем вести какую-то странную политику. Ведь то, что происходит сейчас с рублем… Ну вот, меня сегодня спросили, что я думаю по этому поводу, я сказал, что это подрыв конституционного строя в стране. Почему? Потому что Центральный банк хочет заставить тех, у кого доллары, менять их на рубли, не давая в экономику рубли. Но доллары у малого количества лиц, и они в большинстве своем в Москве. А они дают рубли на Дальний Восток. В результате на Дальнем Востоке вместо рублей начинают ходить юани и иены. И что же это такое? То есть получается, что Центральный банк целенаправленно откалывает от России Дальний Восток? И не только Дальний Восток. Ну, надо вот отдавать себе отчет в этом. Вот, когда я работал, я прошу прощения за неприличное слово, в Администрации президента РФ, возглавляя там, де-факто, экономическое направление, то одной из главных ее задач была оценка социально-политических и экономических последствий тех или иных действий правительства, причем упреждающих – мы не постфактум писали, а до того. Мы говорили «Правительство хочет сделать то-то и то-то. Да, с точки зрения чистой экономики, это, может быть, и осмысленно, но это вызовет такие-то социально-политические последствия». Не отвечает ни Министерство экономики, ни Минфин за это. Вот, не отвечает ни Минфин, ни Минэкономики, ни ЦБ тем более, за отношения Москвы с регионами. За это отвечает Администрация президента. Но администрация президента получает вот эти проблемы, что в регионах нет рублей и зарплата не выплачивается, уже как факт. И сделать ничего не может, потому что она пытается сказать правительству: «Ребят, так нельзя». Ну, кому она говорит? Путину. Путин вызывает Кудрина и говорит «Так нельзя». А Кудрин произносит какую-нибудь умную фразу и говорит «Мы делаем все деньги, которые можно, мы даем», и все, точка.

Ведущий: Замкнутый круг.

Михаил Хазин: Ну, в некотором смысле да. Но это только означает, что не работает система государственного управления. Еще один пример такой, совершенно банальный. Правительство говорит «Мы дали в регион столько-то денег, почему регион недоволен?» А на самом деле правительство спустило на регион план по, якобы, переобучению безработных, якобы выделило деньги. Но деньги получила, как бы, структура дочерняя Министерства образования в регионе, которая сразу же их освоила и перевела обратно. Формально деньги через регион прошли, на практике регион ничего не получил. И надо четко совершенно понимать: вот это все – это и есть управление государством. Вот, еще раз повторяю. Когда было экономическое управление президента, как бы «Я отвечаю», что оно этим занималось. А сегодня этим никто не занимается, и вот что с этим делать совершенно непонятно. Отметим, что в США такого безобразия быть не может. И надо отдать им должное: система государственного управления у них построена на порядок лучше, чем у нас сегодня.

Какие отрасли экономики будут востребованыв условиях кризиса?

Ведущий: Ну, и еще, там, один вопрос затерялся в конце длинного списка вопросов, которые нам прислали на наш сайт. И человек, видимо, обладающий силой и желанием поработать, пишет: «В какие отрасли экономики можно приложить себя? Куда лучше?»

Михаил Хазин: Ну, в условиях кризиса, конечно же, отрасли, которые связаны с обеспечением таких вот самых первых потребностей, как то, жилищно-коммунальное хозяйство, торговля – только таким, хлебом, грубо говоря, и молоком. И еще чего-нибудь столь же важное и ответственное.

Ведущий: Сельское хозяйство. Нет?

Михаил Хазин: Сельское хозяйство частично, потому что у нас это трудно, оно требует больших вложений. Теоретически нам бы надо вкладываться в технологии, и у нас даже есть, как бы, люди, которые это могут делать. Но система сегодня так построена, что они не могут получить денег в принципе. Грубо говоря, система генеральных конструкторов, которая в СССР работала, сегодня полностью порушена: деньги получает гендиректор. К нему приходит конструктор и говорит: «Ну, дай мне на НИОКР денег». А тот ему говорит: «Парень, ты сдурел? Твои НИОКРы дадут, может быть, 5% доходности через 3 года. А тут у меня, вот тут я кладу в банк и получаю сразу. Ну и на хрен ты мне сдался?» То есть иными словами, у нас сейчас система, которая полностью разрушает любое технологическое развитие. Это, конечно, катастрофа, потому что еще и плюс нехватка денег. Я боюсь, что у нас сейчас закроется масса заводов, без которых не то, что самолеты, мы даже автоматы Калашникова не сможем делать, потому что у нас, там, качество стволов будет недостаточным. То есть на самом деле, мы в очень неприятном положении и надо, конечно, срочно что-то менять.

Ведущий: Ну, хорошо, Бог с ними, с технологиями. Может, хоть трактора купить в отдельно взятое хозяйство и туда гастарбайтеров каких-нибудь привлечь, чтобы они не бандитизмом занимались.

Михаил Хазин: Ну, теоретически, если бы мы покупали трактора и их бы давали в хозяйство, даже лучше машинно-тракторные станции.

Ведущий: Ну, я к примеру говорю, я условно.

Михаил Хазин: Нет, это вполне осмысленная вещь. Но это большая программа, которую нужно делать. А кто ее будет делать, опять-таки? Мы снова сваливаемся в то, что у нас ситуация такая: на самом верху говорится «Делайте вот это, вот вам денег», а на втором этапе, как бы, а на следующем этапе эти деньги быстренько осваиваются куда-то там. Ну, а на все вопросы следует бодрый рапорт. А жанра отчетного доклада у нас нету. Вот, как замечательно было у ЦК КПСС. Съезд ЦК КПСС открывался документом, замечательнейшим «Отчетный доклад». Вот кто-нибудь слышал отчетный доклад за последние 10 лет от правительства? Типа, мы обещали, а вот теперь смотрите – сделали.

Ведущий: Ну, в Думе они отчитываются – не знаю, уж, отчетный или нет.

Михаил Хазин: Пока не отчитываются. Пока это им велели отчитаться. Но самое главное. Я вот уже об этом говорил на форуме 2020 перед единой Россией. Говорю: «Ребята, Единороссы, перед вами будут отчитываться. Заставьте их сейчас принять планы, по которым отчитываться. А иначе они вам скажут, мы за истекший период подготовили 137 проектов законов, 6218 постановлений правительства, 2811 распоряжений правительства. И что вы им на это скажете?»

Ведущий: Ничего.

Михаил Хазин: Ничего. А вот если они скажут «У нас план сделать 2000 тракторов». Ты говоришь: «Есть 2 тысячи факторов?» – «Есть 2». Ну, понятно – нужно увольнять.

Ведущий: Может, уже надо этим начать заниматься.

Михаил Хазин: Может быть. Тут вот мне очень один вопрос нравится. Мне просто ужасно.

Ведущий: Хорошо, давайте, потому что время истекает. Отвечайте на этот вопрос.

Михаил Хазин: «Хазин, вы все чаще в эфире и на экране. С чем это связано? По-видимому, ваша конторка лишилась бюджетных средств, заказов, и вынуждено искать лохов на рынке никому не нужных ваших услуг через СМИ». (все смеются) Вот я сообщаю, что никаких бюджетных денег я никогда не получал. И более того, на самом деле бюджетные деньги сегодня – это, собственно, проблема общая – выделяются точно так же, как разработка планов. То есть непонятно под что. И вот это сегодня главная проблема: у нас полностью отсутствует целеполагание и ответ на вопрос «Для чего мы это делаем?» Вот я понимаю, для чего я делаю. Может быть, поэтому мне не давали бюджетных денег, ну, они мне, собственно, не нужны.

Ведущий: Счастливый человек Михаил Хазин, экономист, которому не нужны деньги. (смеется)

Михаил Хазин: Бюджетные.

Ведущий: Бюджетные деньги не нужны. В общем, да. Ну, мне тоже не нужны бюджетные деньги, слава Богу, пока.

Михаил Хазин: Хлопот с ними не оберешься.

Ведущий: Да. Ну, будем надеяться, что все-таки те, кому они нужны, до них доберутся и они будут истрачены по назначению. Спасибо вам большое. Счастливо. Приходите к нам. Это был «Кредит доверия» на «Эхе Москвы».

24.02.2009

Источник:Эхо Москвы

Метки:, , , , , ,
Рубрика: Мнения | Нет комментариев »

« Раньше
Позже »